— И все равно, — сказал я.

Срок имперского ультиматума истек несколько минут назад, и, как бы оно там все ни обернулось, сейчас в локальное пространство Нового Далута входит боевой флот императора, а значит, для всех моих конкурентов настали тяжелые времена.

Генри включил генераторы гравитации, и пол снова стал полом, а потолок — потолком. Бдеть перед экранами никакого смысла не было, если что стрясется, Генри меня известит, что так я выскользнул из кресла и направился в душ.

Мне хотелось смыть с себя пыль Нового Далута как можно быстрее.

Но перед этим я убрал защищенный контейнер с опасным содержимым в корабельный сейф. Так себе предосторожность, конечно, но там он хотя бы не будет мозолить мне глаза.

Когда я закрывал дверцу сейфа, у меня появилось сильное искушение взять эту хреновину в руки и выбросить в открытый космос через шлюзовую камеру.

Только это бы все равно ничего не решило.

— Кэп?

— Да?

— Мне кажется, ты задолжал мне немного объяснений.

— Валяй, спрашивай, — вздохнул я. Мне бы кто чего объяснил…

— У нас в сейфе действительно лежит то, о чем я думаю? Главный приз?

— Я не могу этого утверждать со стопроцентной уверенностью, потому как не обладаю соответствующими компетенциями, но похоже на то.

— Тогда почему ты сказал, что все плохо? Мы урвали большой куш, и я слышал, что речь идет о чертовски огромной сумме денег.

Главное неудобство в беседе с нейромозгом, управляющим твоим космическим кораблем, состоит в том, что на этом самом космическом корабле ты нигде от него не спрячешься. Даже если заблокировать прямую связь, он все равно достанет тебя через динамики, которые, в целях своевременного оповещения о возникающих угрозах, разумеется, даже в санитарной зоне натыканы.

Поскольку мы только что стартовали с планеты и полет нам предстоял не такой уж долгий, я решил не экономить и принять водяной душ, а не обычный.

Немного роскоши мне точно не повредит.

— Мы вовсе не урвали большой куш, — сказал я, стоя под упругими струями горячей воды.

— Но ведь главный приз у нас.

— Потому что нам его подсунули, — возможно, как горячую картофелину, которую невозможно долго удерживать в ладони. Я читал, что была в древности такая забава.

— И в чем разница?

— Разница в том, что если бы мы его добыли, то могли бы распоряжаться им сами, как нам заблагорассудится, — сказал я. — А имперцы дали нам очень четкие указания.

— Разве мы не можем их прокинуть? — поинтересовался Генри.

— Можем, — согласился я. — При условии, что я готов буду бегать от их спецслужб до самого Распада.

— Как будто это будет для тебя какой-то принципиально новый опыт, — заметил Генри. — Ты уже бегаешь от Кэмпбелла.