Дверь машины открылась, и в сопровождении охраны из нескольких человек появился сам князь Воронов: высокий, статный мужчина лет пятидесяти, а может, чуть больше. Волосы аккуратно зачёсаны назад, на нём тёмный классический костюм без лишних деталей.
— О, господи… — прошептала графиня Ракитина, стоявшая рядом с мужем. — Как же не вовремя.
— Так, — пробормотал граф, выдыхая. — Надо всё… замять.
Он метнул взгляд в сторону дочери Василисы, которая в этот момент понуро стояла в стороне, прижимая ушибленную руку. Девушка явно была на грани истерики: после того как жених сбежал, её собственный статус висел в воздухе. Графиня, видимо, уловила посыл, быстро обняла дочь за плечи и начала её чуть ли не силком уводить.
— Пойдём, пойдём, милая, — приговаривала она, стараясь, чтобы Василиса не расплакалась на глазах князя, — мне кажется, тебе надо привести себя в порядок.
Девушка подчинилась, с видимым нежеланием, шмыгая носом. Но когда они проходили мимо меня, я отметил, что у Василисы в глазах читался протест. Однако графиня была довольно настойчива и буквально силой увела дочь в дом.
— Всеволод! — тем временем прошипел граф Ракитин, бросаясь к сыну, который стоял в измятом пиджаке, ссадинах и пятнах грязи на брюках после недавней драки. — Чтобы ноги твоей здесь не было! Живо в дом, переоденься! И вообще, лучше сиди там тихо, пока князь не уедет!
— А вот и нет, — буркнул Всеволод, вырываясь из хватки отца. — Захочу — уйду. Захочу — останусь. Я не буду прятаться.
— Сказал, уйди с глаз моих!.. — граф яростно зашипел.
Всеволод, вместо того чтобы подчиниться, скрестил руки на груди, высокомерно вздёрнул подбородок и остался стоять. Я не вмешивался, чувствовал, что тут дело семейное. А князь уже медленно направлялся в нашу сторону.
Я с интересом рассматривал его. Мужчина уверенный, в движениях чувствовалась аристократическая выправка, но не показная, а лёгкая и естественная. Он осматривал лужайку, гостей, был вежливо любопытен, хоть уже давно знал всё обо всех.
Я почувствовал, как Лина приблизилась ко мне сзади. Она, кажется, насторожилась, глядя на приближающегося князя.
— Сейчас что-то будет, — тихо сказала Лина, чтобы никто вокруг не услышал.
— Да он вроде не производит плохого впечатления, — я скользнул взглядом по князю, пытаясь понять, что это за человек. Ничего сверхъестественного я не почувствовал. Только ощущение власти от него всё равно исходило. — Мне он не кажется злодеем. Скорее… не любит, когда его планы рушат.
— Да, именно так, — кивнула Лина. — Крепкий хозяйственник. Держит Петрозаводск в относительном порядке.