— Это ты виноват во всём! — вдруг заявила она немного срывающимся голосом.

— Что? Ты совсем обалдела, уважаемая? Ты как разговариваешь вообще⁈ — пораженный, я остановился, а девчонка чуть не упала.

— Это я на тебя истратила свой недельный заряд энергии, который накапливала и берегла для тренировок, вот из-за этого я и не смогла разобраться с этими двумя чертями подзаборными, — она чуть сдвинула брови и смотрела мне в глаза.

— Анжелика, да? Ты лучше не нервируй меня и не дерзи — я ведь тебя спас не потому, что хотел помочь именно тебе, а совершенно случайно здесь проходил. Я поражаюсь твоей наглости — в жизни я не встречал таких эгоистичных сучек! — я хотел сказать это значительно пожестче и с матом, но сдержался в формулировках.

— Я не сучка! И что, я не права, скажешь? — в её голосе прозвучало незамутненное удивление и обида.

— Это же ты ко мне пристала, оскорбила, а потом запустила куском льда. И я виноват? Заканчивай свои шуточки, пока я добрый! — я даже отошёл от неё на полшага и смотрел с неприязнью, сжав кулаки.

— Я вежливо попросила закурить и хотела поболтать, пофлиртовать, если ты не заметил, а ты начал хамить! А я ведь за тебя даже голосовала! — она явно хотела топнуть ножкой, но вовремя сдержалась.

— Вот скажи честно, ты вообще адекватная девушка, Анжелика? Или совсем невменяемая? — пораженный её наглостью, я смотрел в её красивые зелено-карие глаза.

Она не выдержала и отвела взгляд.

«Встречал я конечно и стерв, и разных дурочек, но такой экземпляр — это нечто запредельное. Надо понаблюдать за ней и пообщаться дальше, чтобы понять — здесь все женщины такие или какая-то особенная невменяшка из палаты мер и весов?» — манера общения этой девицы крайне меня раздражала, но я сдерживался исключительно потому, что находился в новом, неизвестном мире и ничего об этом мире толком не знал. — «Ух, сейчас не выдержу и заряжу ей оплеуху. Нет, нет, спокойно, надо быть сдержанным», — настраивал я себя, поскольку не привык, чтобы женщины общались со мной подобным образом.

— Ты опять меня обижаешь и даже не видишь этого, а со мной нельзя так разговаривать, иначе плохо будет! — снова начала она свои понтовские речи, но без прежней уверенности в голосе.

— Ладно, я всё понял. Рад был пообщаться, всего хорошего, счастливо оставаться! — я пожал плечами, поправил свою сумку, развернулся и пошёл в сторону выхода из парка.

Успел пройти шагов семь, как сзади раздался её срывающийся крик:

— Эй, эй, парень, постой, куда ты? Не бросай меня, ну пожалуйста!

Я нехотя развернулся — она медленно двинулась ко мне, прихрамывая на левую ногу, и опустила голову.