Однако я и шага не успел сделать в одиночестве, как рядом снова зацокали каблуки, и ко мне бодро подошла еще одна подруга именинницы.

— О, ты в этом, — с ходу отметила Инна, довольно глядя на мелкую россыпь бананового узора на моей груди.

Да, на этот праздник я пришел в футболке, которую бравая капитанша преподнесла мне, как трофей, на Хэллоуин. В первую очередь потому что хотел еще раз сказать ей спасибо, и мне показалось, что это будет самый приятный способ ее отблагодарить. Я даже поймал себя на мысли, что ни одна девушка, с которой я спал, не делала мне подарков, которые можно носить. А еще мне понравилось лицо Полины, которая сразу отметила, что я пришел с недавней дискотеки в незнакомой футболке.

— Девушка подарила, — пояснил я в ответ на ее недоумевающий взор.

— Девушка подарила? — переспросила она.

Да, сняла с другого парня и передарила. И, кстати, от этого было даже еще приятнее. До сих пор помню его офигевшее, завистливое, спрашивающее «что за херня?» лицо, когда он смотрел на меня. Учись, Полина: сними что-нибудь со своего и отдай мне. А еще лучше сними себя с него и отдайся мне.

— Да, определенно, тебе очень идет, — подытожила Инна, с довольной улыбкой осмотрев мое тело со всех сторон. — Круто, что пришел, — добавила она и, плавно покачивая бедрами, направилась к дому.

Я же с удовольствием проводил глазами дерзкие фиолетовые локоны, роскошно рассыпавшиеся по спине, и сочную спортивную задницу, туго затянутую в ярко-желтое платье — настолько короткое, что оно буквально само просило себя поднять и насладиться всеми спрятанными под ним сокровищами, суля поистине олимпийские удовольствия. И ведь сказала совершенно искренне. А может, и правда не зря пришел?

Стуча каблучками по белой дорожке и рассеянно прижимая руки к выпирающей из декольте пышной груди, ко мне вернулась Даша.

— Гараж на шесть машин, — сообщила она, явно пораженная увиденным. — Шесть машин… Зачем им столько?

О, ты еще не в курсе, сколько комнат в этом доме. Хотя и дом на мою спутницу произвел не меньшее впечатление.

— Какой огромный! — ахнула она, едва мы пересекли порог. — И все это для одной семьи? Только для одной семьи… Да тут гостиная одна как зал в нашей «Сладкой булочке»!

После этого я ощутимо почувствовал, как невидимая жаба со звонким шлепком прыгнула ей на плечи. А после и вовсе перебралась на голову, когда мы дошли до груды праздничных пакетов и ярких блестящих коробок с бантами, сложенных, будто всем на зависть, в живописную горку в уголке у лестницы — чтобы все понимали, сколько подношений было сделано в этот день их Императрице.