Днем я прогулялась до местного супермаркета, набрала разных книг. Потом немного позагорала у бассейна, а вечером, нарядившись в красивый сарафан, места себе не находила в ожидании Артема.

Наконец, услышав, как дверь спальни хлопнула, я подскочила с плетенного кресла и, покинув лоджию, вернулась в комнату. Быстро сократив дистанцию, Артем поравнялся со мной, такой высокий и мощный, что у меня перехватило дыхание.

– Привет…

– Здравствуй, Сашенька, – его голос звучал мягко, почти вкрадчиво.

– Что-то случилось? – растерянно спросила я.

– Это ты мне скажи, – на его лице появилась мрачная улыбка. – Александра, почему кухарка и садовник обсуждают мою мужскую несостоятельность?

Мне перестало хватать воздуха. Я была застигнута врасплох и смущена. Похоже, эта Кристина за несколько часов успела растрезвонить всему поселку… Это ж надо было мне так лопухнуться!

– Не только ты любитель черного юмора, – наконец, пробурчала я.

Глаза Темного зловеще блеснули.

– Как у тебя хватило ума такое выдумать?

– Ну…

– Саша, даже не вздумай увиливать от ответа, – процедил он, сверля меня бронебойным взглядом.

– Для домработницы Кристины, видите ли, дело чести – прыгнуть к тебе в койку! – призналась я, вымученно вздохнув.

– Поэтому ты поспешила убедить её, что там нечего ловить? – губы Апостолова искривились в улыбке, не предвещавшей мне ничего хорошего.

Я моргнула, пытаясь сдержать неуместный смешок.

– Хочешь, я скажу ей, что у нас такие ролевые игры?

– В импотента, у которого резко встал? – абсолютно бесстрастно поинтересовался Артем.

Понимая, что дело принимает драматичный оборот, я с выражением глубокой озабоченности на лице задала свой коронный вопрос:

– Злишься?

– Очень, – с вполне дружелюбной улыбкой отозвался Темный.

– Ну вот видишь, каково это, когда смеешься не ты, а над тобой, – после непродолжительной паузы все-таки осмелилась озвучить я.

Мне показалось, или на лице Артёма промелькнуло выражение: «Господи, за что мне все это?»

– Хорошо, – наконец, произнес он с таким видом, будто все еще обдумывает мои слова, переводя взгляд на ослепительное закатное солнце, залившее светом морскую гладь. – Считай, у нас один-один, – негромко добавил он.

– Серьезно?

– Ага.

– И ты просто так спустишь мне все это с рук? И даже не отправишь к Кристине, экономке и садовнику с повинной?

Апостолов мотнул головой.

– Я всего лишь буду придерживаться плана. Полагаю, ты придумаешь, как загладить свою вину? – его голос прозвучал требовательно и строго.

– Непременно… Только напомни, какой у нас был план.

– Держать тебя в заложницах и без устали трахать, – сверкнул черными, как угли, глазами.