— О, великий архигерцог! Я, презренный смертный, носящий твою метку, взываю тебя исполнить данную клятву! Разве не обещал ты привнести мою жизнь благополучие, а? — зашел с другой стороны школьник. — Кроме того, у Крыловой сегодня день рождения. А у нас принято именинникам угождать и радовать. Ну тебе жалко, что ли?
— Не впутывай меня в ваши дурацкие ритуалы! — непоколебимо фыркнул Адастар. — Праздновать момент нахождения планеты в той же точке, что и в день, когда ты появился на свет… Что может быть нелепей? Рассыпать вокруг цветной мусор? Портить восхитительный сладкий торт несъедобными свечами? Я не желаю участвовать в этом!
— А, то есть, ты еще и от торта решил отказаться? — хмыкнул юноша.
— Я не говорил такого! Прекрати переиначивать мои слова, глупое дитя! А то я…
Демон осёкся на полуслове, а потом его рассерженный тон изменился на сочувственный:
— Кажется, нам не о чем больше спорить. Насколько я успел понять ваше моногамное общество, твоя самка уже занята.
— С чего ты так решил? — нахмурился подросток.
— Просто оглянись.
Мальчишка послушно обернулся ко входу, да так и замер с отвисшей челюстью. Там сейчас блондин, который не понравился Адастару, передавал Крыловой огромный… нет, ОГРОМНЫЙ букет черных-пречерных роз. И на фоне этого великана, вручённый Витьком презент смотрелся лишь немного лучше облезшего веника…
— Извини за задержку, меня подвела доставка, — донеслась до школьника речь белобрысого красавчика. — Зато теперь я официально могу поздравить самую прекрасную и обворожительную девушку в мире с её совершеннолетием! Спасибо тебе, Дана, что скрашиваешь своим небесным ликом эту серую землю!
Чудовищных размеров композиция из черных роз перекочевала к Крыловой. И той понадобилось сразу обе руки, чтобы её удержать. А проклятый блондинчик на этом не успокоился. Он по-хозяйски взял девушку за талию и притянул к себе, а затем наклонился, чтобы… Черт! Зачем Витёк на это смотрит⁈
Монструозный букет частично скрыл их поцелуй от сторонних наблюдателей. Да и Василевский поспешно отвернулся, чтобы этого не видеть. Но умилённое «О-у-у!» исторгнутое подружками Даны, всё равно догнало его.
«Тьма и бездна!» — как говорит Адастар. И какого дьявола он вообще припёрся на этот праздник?
Что ж, если Витёк раньше считал своё настроение испорченным, то теперь он мог с уверенностью сказать, что ошибался. По-настоящему испоганено оно оказалось только сейчас. Да еще и глумливый демон открыто потешался над ним. Вернее, со стороны Адастара это было чем-то вроде попытки утешения. Но звучали его слова откровенно издевательски.