Я сразу заозиралась. К счастью, рядом никого не оказалось.

— Мы же договорились держать ее в тайне, — напомнила ему, сильно понизив голос.

— Договорились, — подтвердил Алекс. — Но это не значит, что ее нет и можно флиртовать налево и направо.

— И это ты мне говоришь? — поразилась я. — Я прекрасно вижу, как ты пудришь мозги моей лучшей подруге!

— Почему это пудрю? Я ей ничего не обещаю и ни на что не намекаю. И вообще, если хочешь, можем сменить спарринг-партнеров на боевке и других занятиях. Не думаю, что магистры будут резко против.

— Я резко против. Занимайся с Лиенной дальше, но, пожалуйста, не играй с ней.

— Ревнуешь? — Алекс самодовольно улыбнулся, а я невольно закатила глаза.

— Нет, конечно! Переживаю за Лию.

— Джейн, — Алекс посерьезнел, — мне не нравится твой настрой. Я ведь тоже не добровольно согласился на помолвку, понимал, что так нужно. Так давай не усложнять друг другу жизнь. Хочешь, я больше твоей подруге и слова не скажу?

Я едва не выпалила «да», но вовремя одумалась.

Алекс нравится Лиенне, а она замечательная девушка, уж мне ли не знать. И если они продолжат тесно общаться, то симпатия Лии вполне может стать взаимной. Это ее шанс! Наша идиотская помолвка закончится, а симпатия останется.

— Не надо, — со вздохом решила я. — Но, надеюсь, тебе хватит совести вести себя с ней прилично.

— Могу то же самое сказать и тебе, — парировал Алекс. — Особенно после моего предупреждения.

Я кивнула. В конце концов, общение с Анхом у меня разладилось, смысл упорствовать?

— Вы же не ссоритесь? — подошел к нам бдительный куратор.

— Да что ты, Рол! — Алекс дружески хлопнул его по плечу. — Как там: милые бранятся — только тешатся!

И подмигнул мне, зараза! Я даже дернулась — договаривались ведь!

— Точно не хочешь на него пожаловаться?

— А ты можешь что-то сделать? — просто из любопытства спросила его.

— Как куратор могу влепить ему индивидуальные штрафные баллы за неэтичное поведение.

— Не надо, — я с некоторым сожалением отказалась. — Все нормально, правда.

Потому что, положа руку на сердце, у Алекса были все основания предъявлять мне претензии.

Наша помолвка настолько фиктивная, что я все время о ней забываю. Но это не значит, что я могу вести себя свободно. И, если по-хорошему, я виновата не столько перед Анхом, сколько перед Алексом, как бы грустно ни было это признавать.

С тяжелым сердцем я вернулась в комнату, где Лия, само собой, заметила мое состояние.

— Джейн, правда вчера все так плохо прошло? — спросила она, садясь на мою кровать, где я лежала, глядя в потолок.

— Правда, — отозвалась я, изучая очередную трещину.