— Демонология мне ближе, — все-таки ответил он.
И как-то на этом разговор затух. Я осторожно посматривала на Анха, снова напустившего на себя равнодушный вид. Все-таки он что-то скрывает, и вся моя интуиция, которой, как оказалось, вполне можно доверять, буквально вопит об этом.
И теперь мне было вдвойне интересно встретиться с отцом и выяснить все, что ему известно.
Удивительно, но проснулась я довольно рано, видимо, уже привыкла. Лия еще сладко сопела — подруга просила не будить ее хотя бы в единственный выходной. Так что я тихонько вытащила из шкафа свои вещи — форма в этот день была необязательна — и скользнула в душевую.
Управилась быстро, выйдя умытой, причесанной и одетой в летнее платье: погода стояла теплая и очень хотелось насладиться последними погожими деньками.
Столовая работала, но я, подумав, прошла мимо — позавтракаю дома. К тому же самоходные экипажи, дежурившие возле академии, не бесконечны, в выходной их наверняка быстро разберут. Разумеется, можно вызвать еще из города: для этого на площадке для них стоял специальный столб со знаком призыва. Магия призыва работала не только с демонами и нежитью, она умела передавать сигналы и сообщения. У магии разума, кажется, тоже имелось нечто похожее в арсенале заклинаний, но призыв был доступен каждому, а магия разума лишь единицам — отсюда и выбор. Но ждать потом экипаж из города можно прилично.
Мне повезло — на площадке осталось буквально пять самоходок, так что я резко ускорилась, пока и их не разобрали. Залезла в ближайшую и назвала наш адрес.
И только внутри осознала, насколько я нервничаю…
Поводов, признаться, хватало. Я ведь планировала узнать что-нибудь об Анхе, но не это волновало меня больше всего. Встречи с отцом в последние годы проходили все сложнее и сложнее, возможно, даже неплохо, что их было так мало?
Папа делал все, чтобы видеться со мной пореже, поэтому, добравшись до дома, я ничуть не удивилась, узнав, что он уже уехал. По делам. Крайне важным и неотложным. В выходной. Если не зная, то догадываясь, что я могу заглянуть.
Что ж, ничего удивительного.
Я поблагодарила дворецкого. Мистер Гратен был уже немолод и давно служил нашей сейчас. Он хорошо помнил мою маму и об истинных причинах и важных делах лорда Аберхау наверняка догадывался. Именно поэтому и испытывал некоторую неловкость, сообщая мне об отсутствии лорда.
Попросив принести мне завтрак, я поплелась на второй этаж в библиотеку, но невольно замерла у огромного семейного портрета, висевшего в коридоре.
Стоящий и еще молодой отец, сидящая в кресле еще живая мама и пятилетняя я у нее на коленях. Только теперь мне подумалось, что мама не просто так позировала сидя, должно быть, ей уже тогда было нелегко подолгу стоять…