— Геннадий, что с тобой? — подскочил ко мне дедушка Емели. — Что случилось?

— Не понимаю, — честно признался я. — Как будто кто-то невидимый бьет меня!

— Ах ты ж… — в следующую секунду домовой завернул такую матерную конструкцию, что даже у меня, бывалого пограничника, уши краснеть начали. — Здесь кошка! Это он на Афанасия напал!

Мне хотелось поспорить, что вообще-то на домового кирпичи напали из обрушившейся стенки, да и кошки никакой не видно, но момент для спора явно был неподходящим.

Афанасий начал хрипеть, и я вновь принялся вливать в него каплю за каплей живительную энергию. Может быть, правильным в этой ситуации было что-то другое, но домовым не повезло, и они притащили на помощь самого неграмотного целителя в округе.

Впрочем, определённый толк в моих действиях все-таки имелся. Мало-помалу дыхание Афанасия приходило в норму, а я к тому же кое как перевязал рану на голове собственной разорванной на лоскуты футболкой. Других открытых кровотечений видно не было, да и место для тщательного осмотра явно было неподходящим. В идеале бы его на свет куда-нибудь определить, одежду снять да потом еще раз все места ушибов обследовать… Но хотя бы дышит.

Единственная приятная новость, что никто меня больше не бил. Домовые сосредоточенно искали неизвестную мне кошку, правда делали это довольно странно, вытянув перед собой руки и напевая какие-то причудливые куплеты. Я явно чего-то не понимаю. Раньше такие кошки мне не встречались. Мало того, что драчливые, так еще и невидимки.

Впрочем, грудь до сих пор болела, так что я до сих пор не верил в то, что дедушка Емели прав и столько проблем могла сотворить всего лишь маленькая кошка. Надо уходить и уносить отсюда Афанасия. Дотянем до утра, а там уже решим, как поступить правильно, то ли Надежде Владимировне опять звонить, то ли и впрямь в больницу тащить домового.

Теперь я не сильно переживал, что залезу в очередные долги к целительнице. И так уже влез по самое не балуйся.

Тем более, лечение Афанасия можно расценивать, как часть обучения на практике. Я же не виноват, что рядом никого умелого не оказалось. А с другой стороны, мне очень хотелось посмотреть, как можно устроить в больницу домового. Неужели у него и впрямь полис ОМС, и паспорт с пропиской имеются?

Я напрягся и попытался посмотреть на Афанасия своим «особенным» зрением. Вдруг есть какая-то рана, которую я пропустил. Весь мой опыт военно-полевой медицины подсказывал, что больше всего стоит опасаться повреждений головы или позвоночника, но на этом теоретические знания заканчивались. Так-то я не очень представляю, как вообще перелом позвоночника выглядит, но надеялся, что место повреждения будет подсвечиваться каким-нибудь неприятным цветом.