— Вы про ЭКО? — догадался я. — Но позвольте, это все же медицинская процедура, научно обоснованная. А у вас просто воздух, и никакой гарантии.

— Как это никакой гарантии? — всплеснул руками армянин, а затем, видимо, чтобы продемонстрировать крайнюю степень обиды, опять вспомнил о кавказском акценте. — Слюшай, зачэм обыдно говоришь? А? Я не знаю, кто ты, но в моей лавке никто никого не обманывает. Покупаешь бутыль, распыляешь в комнате! Все делаешь правильно — получаются дети! Если дурак, то я тебе деньги верну. Потому что это не просто воздух, это нектар. Ты думаешь, что? Я его где-то в туалете собирал?

— Да почему в туалете? — Я сделал шаг назад от напирающего армянина. — Воздух он же и в Африке воздух. Какая от него польза может быть?

— Сам ты Африка, — махнул рукой аптекарь. — Это не просто воздух. Этот состав мне сам Ерохин помогал делать.

Стоп! В голове дзынькнуло, а перед глазами всплыл эпизод у приемного покоя больницы. Какую фамилию называл Матвей? Точно же, Ерохин.

Я достал из кармана кольцо и показал его армянину.

— Видишь?

Дома я рассмотрел подарок от старика максимально внимательно, но так и не смог найти в нем чего-то особенно выдающегося. Красивое. Не просто кругляшок, а как будто змея обвивает палец. Причем, что удивительно, оно легко налезало на пальцы правой руки — и на указательный, и на средний с безымянным, а вот для левой почему-то оказалось маленьким. Я, конечно, раньше на руках никаких украшений не носил, но сомневаюсь, что у меня настолько сильно пальцы различаются.

Моему собеседнику колечко явно оказалось знакомо. Взгляд армянина изменился, и теперь он смотрел на меня без агрессии. Я бы даже сказал, с любопытством.

— Очень интересно, — неторопливо прокомментировал он, внимательно осматривая меня сверху вниз. — Так кто, говоришь, тебя ко мне послал?

— И снова здравствуйте, — облегченно выдохнул я. — Меня к вам послал Матвей Ильич.

— Мося, — протянул мне свою руку армянин. — Интересно, но ничего непонятно. Кто ты такой и почему Матвей передал дар именно тебе? Когда он умер?

— Единственное, что могу сказать — я Геннадий, — разочарованно пожал я плечами. — Матвей Ильич умер сегодня ночью. А вот ответа на другие вопросы у меня, к сожалению, нет. Я думал, что вы мне как-нибудь поможете.

— Как-нибудь, — задумчиво пожевал губами Мося. — Сейчас поищу в подсобке, вдруг там диплом педагогический завалялся. Узнаю старого пройдоху, всегда любил сваливать свои проблемы на кого-то другого.

— А какие проблемы были у Матвея Ильича? — немедленно среагировал я на слова хозяина аптеки. — И при чем здесь я?