— Линь?

Я к этому времени довёл внутренний потенциал до величины, которую мог удерживать, не прилагая для этого дополнительных усилий, но никаких преференций в плане ясновидения обычная сверхсила не давала, и ручаться я мог самое большее метров за пятьдесят, и то если противник не обнулил потенциал и не задействовал продвинутые техники заземления, вот и сказал без всякой уверенности:

— Вроде нет никого.

В резонанс-то сейчас не войти — не через полчаса после предыдущего раза; часов шесть-семь на передышку точно понадобится.

Но Василия Архиповича мой ответ вполне удовлетворил, и он споро обшарил залитую кровью и прожжённую в нескольких местах одежду мертвеца, после проверил его подсумок. Ничего толкового не нашёл, выложил поверх расстеленного носового платка обычную мелочовку.

— Это нихонец? — полюбопытствовал тогда Никифор.

Убитый и в правду был невысоким, черноволосым и узкоглазым, а его широкое лицо отличали восточные черты, но комиссар лишь покачал головой.

— Джунгар или даже из наших аборигенов, — решил Василий Архипович. — Наверняка пластун из туземной дивизии. Они на сторону нихонцев перешли, оттуда и оружие.

— Далековато от границы забрались, — отметил Герасим, оставив безуспешные попытки привести в порядок свой костюм.

— Далековато, — согласился с ним комиссар и тяжело вздохнул.

Ну да, две сотни километров — это немало. Самой по себе диверсионной группе на таком удалении от границы действовать не с руки, точно местные пособники имелись. Впрочем, оружие и в схроне лежать могло до поры до времени. Там и документы оставили.

Послышался гул, я завертел головой и углядел приближающийся со стороны города аэроплан с опознавательными знаками республиканского военно-воздушного флота.

— Летят! — крикнул я Василию Архиповичу, и тот пальнул в воздух зелёной ракетой.

Биплан крутанулся над полем на предельно малой высоте и утарахтел прочь, на смену ему прикатил разведвзвод зенитной роты с огневой поддержкой в виде броневика и одного из наших грузовиков с крупнокалиберным пулемётом в кузове.

И вот последний нам весьма и весьма пригодился. Не пулемёт — грузовик. Без него бы вездеход из оврага мне сверхсилой тянуть пришлось бы, а так зацепили тросом да и выдернули.

Сначала, конечно, бойцы разведвзвода окрестности прочесали, а прибывший с ними Касатон Стройнович задействовал хитрую поисковую конструкцию, которая легко вскрыла моё заземление, вызвав какую-то ответную вибрацию. Я так поразился, что даже начал продумывать изменения схемы, дабы повысить незаметность, но толком поразмыслить на этот счёт не успел, поскольку Василий Архипович приказал сбрасывать потенциал и садиться за руль. Пришло время возвращаться в город.