Разрубив одного из бандитов, я отпрыгнул и бросился наутёк. На секунду застыв от резкого поворота, вся толпа выживших бандитов бросилась за мной, улюлюкая. Я же, отбежав, разрядил по ним артефакты, которые били по площадям. В один миг погоня превратилась в ловушку для самих загонщиков. И выживших из всей толпы оказалось всего двое. Теперь уже я бежал за ними и, догнав одного, от души размахнулся по нему топором, убив наповал.

Где-то ещё пряталась пара арбалетчиков, а пехотинец, единственный выживший, так улепётывал, что его и догнать никак было нельзя. Но я не расслаблялся, маг был где-то рядом, и на этот раз он не отступит, а у меня в тылу ещё двое бандитов прятались. Надо искать.

Сильный ветер пронёсся по кронам подозрительных мне деревьев, обнажив одного из спрятавшихся. Перезарядив пистоль, я прицельно выстрелил по нему, и ещё один товарищ упал на землю, но до этого он успел выстрелить в ответ. Его арбалетный болт лишь ушиб мне бок.

Другой бандит, прятавшийся у корней дерева, услышав моё приближение, высунулся из-за ствола и разрядил свой арбалет. Резкая боль пронзила мою спину. Вот же, сука! Опять в больное место попал. Тут уж я не сдержался и стеганул его щупальцем медузы, собрав влагу с деревьев.

Схватившись за горло, он ещё затрепыхался, но быстро посинел и благополучно для меня испустил дух. А я осмотрелся и подошёл к своему ослу. Маг затаился, он был где-то рядом, но я не чувствовал его и не видел, лишь только знал, что он здесь и до сих пор не ушёл, собака бешеный. Нагнувшись над очередным трупом, я заметил на нём красивый стилет. Пожалуй, пригодится, и я подобрал кинжал, удивительный для обыкновенного убийцы.

Оппиниус молча смотрел, как на его глазах разворачивается битва, как погибают один за другим его люди. Пять, десять, пятнадцать, восемнадцать, девятнадцать, лишь один успел сбежать, и его уже не было видно. От страха он просто обезумел и летел быстрее, чем чистокровный арабский скакун.

Всё, все уничтожены, теперь его выход, но маг не торопился. Он хотел нанести удар наверняка и в спину, ему так было удобнее, раз ударил — и труп, и чтобы не видеть лица убиваемого. Почему именно так, он и сам не мог себе объяснить, но вот так.

Наконец, идальго, бродя между трупов, повернулся спиной и, нагнувшись, стал снимать с убитого оружие. В этот момент Оппиниус и нанёс свой удар. Кусок скалы оторвался возле него и с огромной скоростью понёсся в сторону идальго.

Я заинтересовался красивым стилетом, находящимся на поясе одного из убитых, и нагнулся, чтобы забрать его себе. В этот момент передо мной возник образ старухи, она резко плюнула в меня, от неожиданности я отшатнулся и, потеряв равновесие, упал на задницу.