Показался и ладно, я продолжал свой путь дальше, не обращая на него внимания. Парус помаячил на линии горизонта, а потом исчез. Меня с этого корабля не заметили.Мачта лодки была невысокой, а сама лодка маленькой, и её трудно было заметить издалека на глади моря, искрящегося бликами света.
Ещё пару раз я замечал вдали белые и серые паруса различных кораблей, но предпочитал слегка изменять свой курс, чем попасться им навстречу. Они были не так далеко от меня, и приходилось быстро уходить от ненужного внимания.
Сейчас моё судёнышко в лучшем случае шло со скоростью пять километров в час, а расстояние до Сардинии было никак не меньше километров четырехсот, даже немногим больше.
К вечеру я проплыл километров семьдесят от силы, и это было очень мало. С такой скоростью мне придется ещё плыть до Сардинии не меньше трёх суток. А берег пиратского Магриба был совсем рядом. Встречаться с пиратами, которые бы захотели взять меня в рабство, в планы не входило. И так приключений было выше крыши.
Сицилийский пролив уже остался позади, зато Тунис был совсем рядом. Но ночь, опустившая своё чёрное крыло, укрыла меня до времени от дурного глаза пиратов.
Пока я плыл, успел поесть, попить и порыбачить, забрасывая сеть в море. Улов был небогат, да он мне, собственно, и совершенно был не нужен. Откупорив снова бочонок с жемчугом, я поверх слоя песка уложил свежую рыбу. Пусть тут воняет, а то и рыбак не рыбак, получается. Алиби должно быть железобетонным, а липа — дубовой.
Оружие было уложено на дно лодки под снастями, там же был запрятан в мешок и мой новый камзол со штанами. И сам я был весь такой загадочный и загорелый, с немного отросшими усами и бородой, похожими скорее на недельную щетину, чем на настоящие усы и бороду. Молодой рыбак, так его растак.
В темноте, стараясь быстрее уйти от берега Туниса, я опять увеличил скорость лодки с помощью магии. Звёзды давали достаточно света, а луна указывала путь, высвечивая лунную дорожку на поверхности спокойного моря. Ближе к середине ночи меня одолел сон, и я перестал подгонять магией лодку, а заснул в ней, убрав парус.
Залеко-реис, итальянский ренегат и удачливый командир корсарского корабля возвращался в Тунис из далёкого рейда к берегам Италии. Его прекрасно оснащённая шебека несла в своём трюме рабов, захваченных на берегу залива Таранто. Прекрасные женщины и менее прекрасные мужчины покорно ожидали своей судьбы в трюме корабля. Позади корабля плелась итальянская тартана каботажного плавания, захваченная в бою.
Залеко-реису не спалось, встав вместе с первыми лучами солнца, он, прищурившись, напряженно всматривался вдаль. Вчерашний шторм здорово потрепал судно и отнёс к Мальте. Благополучно избежав встречи с боевой галерой иоаннитов, они продолжали свой путь в Тунисский залив.