Я спустился еще ниже, в потайную комнату. Здесь стояли оргтехника и телевизор. Тут я хранил трофеи — фотографии моих прошлых триумфов. Стена была украшена снимками преследуемых жертв в хронологической последовательности: от момента первой отметки до посмертной агонии.

Я посмотрел на фото суррогата номер четыре. На них она еще жива. Ночные фото появятся здесь примерно через неделю. Сейчас меня воротило от одной мысли о том, чтобы увидеть ее испуганное лицо или брызги крови.

Накативший дроп душил, вызывая подкатывающую к горлу тошноту. Внутренний бес словно насытился ночным хаосом и теперь брезгливо спал, оставив меня наедине с грязными, рваными картинами в собственной голове.

Но на этой стене не было фото главной цели. Не было Риды. Ее образ жил только в моей памяти.