Машка безропотно подчинилась.

- Колдун он, - толстуха вздрогнула, бросая на Славу взгляд, а Михаил продолжил, полностью игнорируя ее. - Ну слушай, колдун. Только я тебя сразу предупрежу - история не из тех, в которые сразу верится. А поверить придется. Ну так че?

Улыбка хозяина была исполнена искреннего радушия, глаза смеялись. Гость лишь пожал плечами, упираясь локтями на стол.

- Ну, я все еще здесь.

Часть вторая: хозяин

- Два месяца с небольшим назад это началось. Монстр у нас на хуторе звелся. Всамделишний, как в ужастиках. Выглядит - вроде как баба молодая, только башка к спине свернута и жопой вперед бегает. Скотину нам повадилась… даже как назвать не знаю. Вроде как кровь пьет, да только шматует при этом - в лоскуты. Первый раз мы ее в амбаре малом застукали - вчера два месяца было как. В потемках не видно ни зги - скотина в угол сбилась, блеет что-то - корова одна с перепугу сдохла, как мы потом уже поняли. А эта - на пол телочку молодую завалила и прямо из вымени кровь жрет. Не пьет, понимаешь, а жрет, пастью ловит так струю, зубищами клацает, - Михаил повернул голову и несколько раз клацнул челюстями. - Мы с мужиками на шум - это когда она еще не задрала никого шумели - оружие прихватили. Я тебе Христом-богом клянусь - я ей в бошку две пули всадил, Сашко - еще две, Игорек с Петром - кто куда, но тоже не шибко мазали. Тварь даже не дернуло. Телку в клочья, пулями рвет - она еще жива, кажись, была - а этой монстре хоть бы хны. Игорек, дурья башка, говорит “ща я, мол, ее” - колун взял и попер, у Петра - свинорез, и че ты думаешь? Игорьку она башку его дурную оторвала - он даже замахнуться не успел. Петро - на жопу и на выход, а эта постояла еще над дураком и неспешно так - к жрачке.

- Сколько ей лет было?

- Че? Мы, не поверишь, как-то не спросили, а она сама и не шибко болтала. Но, если, на глаз… - Михаил задумался. - Что-то между пятнадцатью и восемнадцатью - его ж не угадаешь…

- Девственница?

- Ты сдурел, Славушка? - хозяин аж на стуле выпрямился.

- Михааай?! - в дверях в пеньюаре, только что не нагишом, ничуть гостя не стесняясь показалась Леруся.

- А ну, брысь! - мгновенно переключился тот. - Не видишь - с человеком по делу разговариваю?

Блондинка обиженно поджала губки, скользнула глазами по Славе уже более заинтересованным взглядом - в ее категории ценностей он поднялся от “никто” до “мужчина, с которым ведут дела” - но перечить не стала. Только фыркнула так, что, казалось, на улице услышать можно было.

Михаил налил себе еще стакан. Было заметно, что воспоминания ему даются не то, чтобы сильно легко.