— Чтобы кого-то чему-то научить, нужно самому знать немало.

— Хочешь доступ ко всем тайным знаниям империи? — усмехнулся самодержец.

— А также ваше покровительство и ресурсы для развития.

— А внук-то твой — не промах! — бросив взгляд на Орловского-старшего, воскликнул Николай. — Того и гляди! Сил наберется да и меня сместит с трона!

— Что вы, госу… — начал было Всеволод, но я его прервал.

— Я могу принести клятву верности на крови. — твердым взглядом уставившись на правителя, предложил я.

И ведь в этом предложении не было и тени лукавства. Россия мне понравилась, я здесь обрел новых друзей и соратников, а также намеки хоть на какое-то будущее. Время для Монарха течет по-своему. Что для обычных смертных — вечность, для меня — лишь миг. Я был уверен, что император меня не переживет. В любом случае, я уже знал, как сорвать печать клятвы крови. Для меня это было не сложно.

— Что-то подсказывает мне, юноша… — император пригвоздил меня проницательным взглядом. — Что вы с вашими талантами спокойно сможете эту клятву разорвать в клочья.

— Вы невероятно дальновидны, господин. — я слегка поклонился и не стал оправдываться. — Тогда что будем делать?

— Я чувствую в тебе великое благородство. — серьезным тоном сказал Николай. — Мое чутье никогда меня не подводило. Мне будет достаточно от тебя простого обещания, что ты никогда не пойдешь против моей семьи.

Вот же хитрый черт… Знает, на что надавить. Истинный Монарх редко отказывается от своих слов. Наше благородство тесно переплетено с королевским тщеславием.

— Даю вам слово, что моя рука никогда не поднимется на род Годуновых, а будет верой и правдой служить их дому! — я упал на одно колено и подбородком уперся в грудь.

На что только не пойдешь ради достижения своей цели! Монарх, который никогда не сгибает колен перед кем бы то ни было, кланяется обычному смертному! Но… Прежде чем стать хорошим правителем, нужно самому научиться служить! Этой мыслью я успокоил свое эго.

Моя аура вспыхнула пламенем феникса и соприкоснулась с силой императора, щедро разлитой в пространстве. Этот жест с точки зрения магического этикета означал высшую степень уважения и признания.

— Встань! — властно сказал Николай. — Отныне нарекаю тебя тенью империи! Ты — мое отражение, мой плащ и карающий кинжал во тьме! Всё, что принадлежит мне, ты можешь разделить со мной! Мы едины, как братья. Все твои умения и навыки, твоя жизнь — отныне рабы благополучия России! Слуга и господин в одном лице!

С этими словами ладонь императора коснулась моей головы, — мозг будто бы молнией пронзило! Кожа зашипела, запахло паленым мясом. Но это было ничто по сравнению с болью от полученных ран в поединке с Михаилом. Я приобрел новый статус в государстве. И судя по лицам окружающих, это была невероятная честь! Мои старики не скрывали слез. Ростислав стоял с открытым ртом и широко раскрытыми глазами. Как раз в этот момент в ложе засуетились сыновья императора…