— Иван, давай без игр, — попросил я. — Ты знаешь, зачем я здесь.

— Знаю. И скажу прямо: да, я среди заговорщиков, — произнёс он, мрачно усмехнувшись уголком губ. — Да, я знаю их планы. Но не потому, что предал императора.

Я посмотрел на князя и понял, что он говорит правду, — горечи во рту не ощущалось.

— Они хотят тебя убить, — резко выпалил Пожарский. — Они собирались уничтожить инквизицию, итог ты уже знаешь. Разгром Инквизиции — только начало. Теперь они идут по списку.

— Чей список? — спросил я холодно.

— Оппозиции, конечно, — он вытащил из кармана сложенный лист и швырнул его на стол. — Вот фамилии.

Я развернул бумагу. Большинство имён были мне незнакомы. Кроме одного — Влада Меркулова. Так и знал, что он за всем этим стоит.

— Почему ты с ними? — поинтересовался я, убирая список в карман.

— Чтобы знать, что они затевают! — Пожарский ударил кулаком по столу, пустые чашки подпрыгнули. — Они одурачили народ, выставили императора одержимым, а Инквизицию исчадиями ада. Если мы не остановим это…

Я откинулся в кресле, обдумывая его слова.

— Мы не можем просто убить заговорщиков. Никого из них, — сказал я задумчиво. — Это только разожжёт бунт.

— Знаю, — Пожарский кивнул и подпёр ладонью подбородок. — Своими бы руками их разорвал, да нельзя. Народный гнев вспыхнет ещё сильнее.

— Может тебе сразу возглавить бунтовщиков и самому их усмирить? — предложил я с кривой усмешкой.

— Не шути так, — князь покачал головой. — Если уж даже императора одержимым сделали… твари они!

Я замер. Они использовали одержимость на императоре. Власов не просто так решил сместить монарха — это было сделано с чьей-то подачи. Может, стоит дать им попробовать на себе?

— Демид Власов на допросах рассказал, как сделать людей одержимыми, — сказал я, чуть наклонившись вперёд и глядя на Пожарского. — Мы можем сделать это с оппозицией. Вселим в них демонов, выставим на всеобщее обозрение и покажем народу, кто на самом деле стоит за бунтом.

Пожарский вздрогнул, встретил мой взгляд и передёрнул плечами.

— Юра, ты уверен? — спросил он неожиданно тихо. — Это бесчеловечно.

— Знаю, — кивнул я. — Грязный метод. Но что остаётся, когда враг играет без правил? Мы можем стать такими же, как они, или проиграть.

— И что нужно сделать? — князь встряхнулся, подтянулся и выпрямил спину. — Моя помощь нужна?

— Нет, я справлюсь, — я качнул головой. — Власов по всей империи держал питомники с монстрами. Я ещё не все отчёты просмотрел, но узнаю подробности у Назара Крылова.

Пожарский кивнул, а потом встал, тяжело опираясь на стол.

— За императора? — немного неуверенно спросил он.