— Понравилась? — спросил у меня Вольт. — Глаз не отводишь, прямо прикипел взглядом.
— Понравилась, — признался я. — Она настоящая, понимаешь? Не колючая и не вредная, живая и лёгкая.
— Ну это пока, а там после женитьбы такие лёгкие превращаются в мегер, — буркнул мой питомец.
— Тебе-то откуда знать? — удивился я. — И вообще, я даже не думал о женитьбе. А ты, дружище, лицемер. Как про Пожарскую речь заходит — ты мне её чуть ли не в постель уже готов подложить, а тут вдруг против такой милой девушки.
— К Пожарской я привык, — уже тише сказал Вольт. — Она простая и понятная, а эта… кто её знает, вдруг она притворяется милой, а на самом деле — ещё хуже Пожарской.
— Может и так быть, — кивнул я. — Но я пока просто любуюсь красивой девушкой и наслаждаюсь её обществом, так что не выдумывай то, чего нет.
— Угу, только на Пожарскую свою глянь, — хихикнул он.
Я повернул голову и успел заметить взгляд, которым Ксения наградила Марию. На Алёну она смотрела с превосходством, а тут была чистейшая ненависть. Словно Ксения встретила врага всей своей жизни и готова биться насмерть.
Мне подумалось, что неплохо было бы посмотреть на это противостояние. В отличие от Пожарской, княжна Дорохова воспитывалась как будущая жена, а не как воин. Но я знал, что порой коварство оказывается сильнее грубой силы. В этом и есть та самая женская сила — победить ни разу не ударив.
— Мария, а вы в столице живёте? — спросил я, когда брат с сестрой перестали перебрасываться мелкими колкостями.
— Да, наш батюшка занимается делами рода в столице, а дедушка остался дома, — ответила она, впервые смущённо покраснев от моего внимания. — Я поступила в филиал Императорского Московского Университета недалеко отсюда, так что в ближайшие три года я буду жить в нашем особняке.
Я хотел спросить ещё о чём-нибудь княжну, но не успел. Ко мне подошёл метрдотель в сопровождении двух мордоворотов, иначе и не назвать этих шкафообразных двухметровых громил. Взгляды у них были тяжёлые, но вроде бы без агрессии.
— Светлейший князь Юрий Громов? — спросил метрдотель и после моего кивка указал на громил. — В данный момент в нашем ресторане изволит отдыхать его императорское высочество Павел Васильевич Трубецкой, двоюродный племянник его императорского величества.
— Очень рад за вас, — сказал я, пожав плечами.
Метрдотель скривился на долю секунды и тут же снова состроил формально-приветливое лицо. Он посмотрел на меня и продолжил:
— Дело в том, что его императорское высочество желает с вами встретиться прямо сейчас.
Отказываться от предложения я не стал — было интересно, что от меня хочет двоюродный племянник императора. Вряд ли он просто решил познакомиться со мной. Даже учитывая все мои заслуги, я пока что на политической арене не светился, ни в какие государственные дела не лез.