По пятницам мы с подругами иногда собирались в кафе, а если с деньгами было не очень - шли к кому-нибудь домой, покупали бутылку вина, сыр, фрукты и устраивали себе вечер откровений. Ира рассказывала о сыне, Маринка - о своих поклонниках, а я преимущественно слушала, потому что о Васе особенно рассказывать было нечего.
Он любил футбол, рыбалку и хорошо прожаренное мясо, я - книги, старые фильмы и возможность хотя бы иногда побыть в тишине. Что тут рассказывать?
По выходным мы нередко выбирались на дачу, где Вася возился с мангалом, Ирин муж помогал ему чинить то забор, то крыльцо, а мы с девчонками сидели под яблоней, обсуждали жизнь и обещали себе когда-нибудь обязательно съездить всей компанией к морю.
Казалось, что так и пройдёт наша жизнь - вместе, в мечтах, планах, хлопотах и радости. Главное, что мы были друг у друга.
Потом Марина начала исчезать из нашей жизни, причём происходило это постепенно - поначалу я даже не придала её поведению особенного значения.
Сначала она взяла неделю отпуска, объяснив, что плохо себя чувствует, потом ещё несколько дней отсутствовала, а когда наконец вернулась, неожиданно сообщила, что переводится в другой отдел.
- Какой ещё другой отдел? - удивилась я, отрываясь от накладных и поворачиваясь к Марине, которая уже начала складывать свои вещи в картонную коробку.
- В отдел закупок, они теперь в соседнем корпусе сидят, - неохотно ответила она.
- А с чего вдруг? - поинтересовалась я, наблюдая за тем, как она избегает встречаться со мной взглядом.
Марина пожала плечами и, убрав документы со стола в папку, объяснила, что ей предложили немного более высокую зарплату и она решила попробовать себя на новом месте.
- Намного больше? - тут же вмешалась Ира, отодвигая клавиатуру и поворачивая кресло к подруге.
- Да не особенно, но всё равно приятно, - ответила Марина, торопливо закрывая коробку, словно боялась, что мы начнём её отговаривать.
- Ну, тогда поздравляем с повышением, предательница, - пошутила я, поднимаясь, чтобы обнять её на прощание. - Только смотри, не забывай нас совсем там в своём новом корпусе.
Раньше Маринка непременно ответила бы какой-нибудь забористой шуткой, но на этот раз лишь слабо улыбнулась и позволила себя обнять, после чего поспешно подхватила коробку и направилась к двери.
С тех пор мы перестали видеться.
Поначалу Марина ещё отвечала на сообщения, хотя и с заметными задержками, отказывалась от наших посиделок, ссылаясь на занятость или плохое самочувствие.
А когда я отмечала день рождения, прислала цветы с курьером, сама же не появилась, объяснив, что у неё срочная работа.