- Мне нравится, - сказала я. - Здесь я хотя бы похожа на живого человека.
Хлоя рассмеялась, приняв мои слова за очедную удачную шутку, и поспешила заверить, что я прекрасна на любом снимке.
Я оставила её восторги без ответа и направилась дальше.
В библиотеке меня встретили тёмные деревянные панели, глубокие кожаные кресла, высокий камин и книжные шкафы, поднимавшиеся до самого потолка. После бесконечной позолоты, зеркал и ярких тканей эта комната показалась мне почти убежищем, хотя и здесь хозяйка не удержалась от желания продемонстрировать богатство.
На письменном столе стояла массивная чернильница из зелёного камня, рядом лежал серебряный портсигар, а над камином висел портрет сурового мужчины в военном мундире.
Я подошла к книжным полкам и провела пальцами по корешкам, с удовольствием обнаружив несколько знакомых имён - Фицджеральд “Великий Гетсби”, Хэмингуэй “И всходит солнце”, Оскар Уайльд “Портрет Дориана Грея”. Здесь были романы, пьесы, книги об искусстве, толстые альбомы с репродукциями - они лежали раскрытыми на столе.
- Вот здесь я действительно могу отдохнуть, - произнесла я, опускаясь в глубокое кресло возле камина.
- Вы всегда говорите, что в библиотеке лучше всего думается, - с готовностью подтвердила Хлоя. - Особенно после того, как велели убрать часы. Помните, какие красивые английские часы стояли на каминной полке? Мистер Уолтер до сих пор сокрушается, что пришлось отправить их в кладовую.
Я медленно подняла глаза.
Между двумя серебряными вазами на каминной полке действительно было пустое место, куда напрашивались каминные часы.
- Иногда хочется избавиться от вещей, которые мешают сосредоточиться, - ответила я. Интересно, что за бзик насчёт часов?
- Разумеется, мисс Грей! - горячо согласилась Хлоя. - Хотя, признаться, я тогда очень удивилась, когда вы приказали убрать все часы из дома. Даже маленькие, которые стояли возле вашей кровати.
Я задумчиво посмотрела на пустое место между вазами.
Все часы. Не только те, что висели в гримёрке на киностудии, но и домашние, причём распоряжение было достаточно необычным, чтобы хоть как-то его объяснить.
- Пожалуй, теперь здесь гораздо спокойнее, - произнесла я, решив пока не развивать эту тему.
- Именно так вы и сказали, мисс Грей! - обрадовалась Хлоя. - Что больше не желаете слышать никакого тиканья и жить по чужому расписанию. Вы тогда ссорились с мистером Робертом.
Я мысленно отметила эту подробность.
Чужое расписание. Чужие решения. Чужая власть над её жизнью.
И Роберт, который, судя по всему, неизменно оказывался рядом всякий раз, когда Вивьен пыталась поступить по-своему.