— Ты слишком ведома эмоциями. На тебя не похоже, — чуть наклонила её собеседница голову. — Всё дело в этом русском — Викторе Добрынине? — София замерла. Её лицо предательски заалело. От тётушки это не укрылось и она чуть улыбнулась. — Вот в чём дело…
— Вовсе не в этом! — воскликнула София. — Причём здесь он? Он вообще — иноземец! Как можно говорить, что он на что-то влияет?
— А что, разве не влияет?
Княжна нервно сжала края своего лёгкого платья.
— Это не важно! Я здесь по-своему желанию, а не из-за кого-то там.
Тут взгляд её тётушки скользнул на её руку.
— Поэтому ты связала ваши жизни печатью «Кровавой Цепи»?
— Это гарантия! Ничего больше!
Её тётушка чуть прикрыла глаза и вздохнула.
— Я понимаю тебя, Софи. Я тоже была молодой. Но чувства не помогут ни тебе, ни кому-либо ещё. Если хочешь — можешь уговорить его отправиться с тобой. Не думаю, что он согласится. Но мы примем и его тоже. Только ты должна понимать, что пока ты княжна, вы не сможете быть вместе. Либо, пока он не получит благородный титул в Словении.
— Иллирии, — поправила её София.
Но тётушка только покачала головой.
— Нет, Софи. Именно Словении.
— Что ты хочешь сказать⁈ — изумрудные глаза княжны широко распахнулись.
— Иллирии пришёл конец, Софи.
— Французы, — объявил я, войдя в кабинет Непчича. Даже не предупреждая стуком.
— Что? — он поднял на меня напряжённый взгляд, оторвав его от монитора. Судя по глазам, последние новости были… — Дерьмовые. Дерьмовые французы, — он стиснул челюсти. — Они помогают Кнежевичу?
Я кивнул.
— Они.
— Как узнал? Это важно!
— Свои источники. Я в праве их не раскрывать.
Он стиснул челюсти и произнёс:
— Доверие это не укрепляет.
— Придётся с этим жить, — я пожал плечами. — Но это не главное. Мне нужен доступ в гробницу Зринских. Я хочу успеть исследовать её до того, как ты эвакуируешь Анте и княжну, если до этого дойдёт.
— Зачем это? — подозрительно прищурился Непчич.
— Может, смогу отыскать следы князя. Догадаюсь до чего-нибудь. Заодно возьму специалистов из русского посольства, там могут быть лица, которые заинтересованы и компетентны.
— Ты выбрал неподходящее время.
— Другого просто нет. Ты сам это понимаешь. Если здесь появятся превосходящие силы противника, те же французские наёмники, то каковы шансы удержать город?
Он скривился.
— Туманны, если быть реалистом. Караджич подтягивает подкрепления, но Кнежевич почти наверняка обладает превосходством в одарённых. С неизвестными силами, но точно — с первоклассной подготовкой. А ещё гвардия Зринских… — он скривился ещё сильнее, — их командир — презренная собака. Самим же гвардейцам веры никакой нет. Я не буду мобилизовывать их для обороны Загреба, а то ещё ударят в спину. Даже на передовую не отправлю.