«Потому что изначально я парень и поэтому не хотела романтики с тобой и до сих пор не хочу» — отрезала потенциальный подкат.

«Как знать. Может причина в этом, а может в том что ты это ты? Женя, ты уникальна далеко не только наличием члена между ног. Ты должна всегда помнить об этом»

Последняя его фраза напустила столько тумана и какой-то небольшой обреченности что я даже в начале не поверила, что ее сказал знакомый мне бабник. Но больше он не отвечал, как я не пыталась дозваться. Вот ведь! И что мне теперь об этом думать?

— Как же я хочу домой… — Вырвалось у меня, как только я начала искать чем же еще уникальна. Увидеть родителей, обнять маму, сказать бате что девушку нашла и даже не одну. Найти Провиденцию и узнать, почему она выбрала именно меня…

В этот момент я ощутила себя такой маленькой, такой беззащитной. Могут ли мои девушки вообще понять мои чувства? Мою тоску, мою безысходность? Именно из страха, что они не смогут, я и держу это все в себе. А сейчас вот, после кучи секса наступил момент нежеланного просветления. Даже несмотря на их близость, я сейчас чувствовала себя невероятно одиноко. И даже Вымершая не пришла меня поддержать, как умеет.

По щекам катились непрошенные слезы, единственный признак подавляемых чувств и тихой ни для кого незаметной истерики…

— Жень, ты что, плачешь? — Спросонья спросила Види, которую я, видимо умудрилась разбудить тем, что мое дыхание перестало быть ровным.

— Да просто сон плохой приснился. Не беспокойся, спи дальше — Сделала я все возможное, чтобы мой голос не дрожал и кажется ей этого объяснения хватило. Слава богу…

К нашему удивлению, сполна насладиться жизнью в борделе нам не дали. Думитерра прислала весточку прямо к нам в мозг, призывая посетить ее. Сначала Улеанна этим грешила, теперь вот Думитерра, надеюсь это просто совпадение а не удручающая статистика по способности сильных мира сего трахать мозги.

Но делать было нечего, наш отдых только что отменили и мне кажется, причины этого ясны — военная полиция настучала. Встречу ту девушку — обязательно как-нибудь обидно обзову! Как я слышала от кого-то однажды — девушек бить нельзя, но довести их до слез метким словом никто не запрещал.

Вскоре мы, собранные и во всеоружии, стояли в ее просторном кабинете, я для конспирации заранее сняла фильтр с лица. Скорее всего это бессмысленно, но все равно паранойю успокаивает а это главное.

— В общем, девочки, я так поняла, что если бы я позволила вам отдохнуть неделю, то за это время могла не найти свой город там, где в последний раз его оставляла судя по тому что вы успели натворить. Отчет военной полиции насчет вас весьма красноречив!