«Женя, дай дураку попробовать, если что я смогу справится с мелкими частицами, если они решат прорасти в тебе. Мои волки готовы» — Заверила меня в мой относительной безопасности Вымершая, которой я доверяла больше.

Отвлечь буквально вездесущую тварь это, конечно задача. К тому же еще и наверняка хорошо из-за своей вездесущности слышавшую. Благо язык жестов это явно не то, что аномалии учат в свободное время, по крайней мере были такие надежды.

Да и дышать черте чем после случая на поверхности мне совсем не хотелось, но ведь не может быть настолько поганый и засраный воздух в сердце аномалии?

«Нужно. Отвлечь. Сильно.» — быстро напоказывала я, чуть не вывихнув пальцы от скорости, после чего от Лии пришел ответ, а на ее лице отразилась небольшая грусть.

«Сейчас. Все. Будет»

По команде, она внезапно для меня подбежала к телу аномалии и открыла все карманы своей толстовки, из которых тут же вырвался небольшим ураганчиком воздух. Не знаю что это было, но пора и мне вдохнуть спор. Я быстро сняла маску и сделала глубокий вдох.

— Ты то какого черта этим дышишь, это воздух с поверхности! — В беспокойной ярости закричала Лия, пока я пыталась прокашляться, натягиваю маску обратно.

С другой стороны, аномалии было много хуже чем мне. Ее тело с трудом было единым скоплением споровых частиц, а с каждым кашлем она лишь больше теряла над собой контроль.

— Вы притащили эту гадость ко мне? Вы посмели пытаться меня травить? — Видеть ее искаженной злобой и разрывающееся на части а потом вновь собирающееся лицо, было чем-то, что страшнее многих кошмаров. — Что, думаете теперь я как мои сестры спокойно сдамся, раз вы бросили в меня подавитель агрессии? Яд, породи же плод твоей со мной противоестественной любви! Форсированное выведение!

Впервые произнеся заклинание за весь бой, она направила его именно на себя. Вся территория вокруг Лии, которая выпустила воздух для «отвлечения» внимания, стала пожухлой, аватар аномалии исчез оттуда, а вся плесень и мох начали отрываться от поверхности все еще не до конца успокоившимся утихающим смерчем.

Но на месте повреждений начало расти нечто отвратительное, с каждой секундой набирая рост, буквально высасывая жизнь из сопредельного ковра растительности. Кроваво-зеленая опухоль на ножке, с тонкой стенкой, в которой бурлилось что-то, что мне точно не хотелось пробовать. А вокруг нее начали всплывать тела бедолаг, которых эта аномалия копила, стоило только сойти поверхностному растительному ковру. Хорошо что я и не такое уже повидала, а то раньше от заплесневелого тела из которого что-то растет еще меня бы точно вывернуло.