Он сохранил разум, он сохранил себя — Хашам считал, что на самом деле перешел на новую ступень эволюции силы. Ведь кто был раньше сильнее всех? Демиург, а он сделал демиургов всего лишь первыми среди равных, и именно он, Хашам теперь мог из-за кулис решать их судьбы. Те, кто пытались с ним бороться, лишались имен. Те, кто были слишком слабы или следовали выбранному им пути — жили и тешили его самолюбие. С каждой сотней лет Хашам действовал все активнее, подбрасывая силу тем, кто был ему нужен. Приглашая на встречи тех, на кого возлагал огромные надежды.

Кота он не приглашал, этот бог был слишком непредсказуем. К счастью, хотя бы его опасность оказалась преувеличена. Хашам наблюдал, как тот бродит по его миру, как занимается своими щенками, как к нему приходит решимость встретиться с ним… И в очередной раз природа Кота доказала его опасность. Он смог пробить себе путь. Слишком быстро, чтобы Хашам успел в своей неторопливой манере решить, что же делать с ним дальше. Но на этом опасности кончились. Главная сила Кота, мозги, оказалась сильно раздута. Или тут сыграла репутация Хашама, из уважения перед которым бывший человек открыл свой разум.

Глупый, наивный, в нем жила всего одна идея. Справедливый мир, где стихии служат основой порядка. Ну разве не чушь? В голове Хашама сразу же родилось несколько планов, как взломать подобную схему. Там, где все построено на отдельных людях, в них и нужно бить. Убеждать не стихии, а тысячи глупых смертных, что их беда — это кто-то конкретный. Человек, бог — не важно. Одно наивное обвинение стихии отметут, но что, если их будут сотни, тысячи, миллионы? Одна ошибка, одно сомнение, и враг будет уничтожен. Совершенная система потеряет доверие, став просто еще одной лестницей вверх. Просто другой по форме, но той же самой по сути…

Наивность идеи Кота смущала Хашама, и он попробовал проверить его на сомнения. Их не было. Этот бог действительно был пулей — ничего лишнего. Только одна цель, кроме которой ничего больше не имело смысла. И его боялись создания уровня демиурга? Хашам чуть не рассмеялся. Впрочем, только внутри. Снаружи он был полон величия и поддержки, которую так ожидало это ничтожество. Насекомое, которое послужит ему, а потом, как и положено, будет раздавлено. Без всякой жалости.

— … я дарю тебе, — Хашам закончил свою речь, ожидая, что Кот окончательно откроется его силе.

Но тут в разуме бога перед ним что-то резко изменилось. Вокруг пули словно открылось множество разрезов, дополняя ее. Одна простая идея оказалась лишь крохотной частью огромного извращенного разума. Планом, чтобы отвлечь его, Хашама, заставить поверить, что его гость совсем не тот, кем является на самом деле. И ведь у него получилось! Ящер зарычал от ярости!