Если мысли Майи видят посторонние, то нечего им знать мои планы раньше времени.

— Твоя жена сильна, — неожиданно заговорила Зашам. — Она могла избавиться от чужой воли, показать ее или оборвать связь. Почему она продолжала с тобой говорить, несмотря на это?

Какая умная ящерица, смогла заглянуть в самую суть. Хочется верить, что мои враги тут окажутся чуть более самонадеянными и уверенными в своей мощи.

— Все просто, — ответил я Зашам. — Она сказала мне то, чего от нее хотели, и показала мне слабость врагов. Я же сказал то, чего от меня не ждали, и теперь, как бы сильны ни были местные духи, они просто не смогут не учитывать мысль о том, что я могу победить. Будут думать об этом и тем самым формировать реальность, в которой это на самом деле возможно.

— А ты можешь? — ящерица внимательно посмотрела на меня. Кстати, у нее глаза очень похожи на глаза Охотника…

— Все скоро узнают это на практике, так что обойдемся без спойлеров, — я улыбнулся. — Сейчас важнее другое. Ты еще можешь уйти, так что пора принять решение. Хочешь ли ты, — я выделил слово «хочешь», — остаться со мной? Или предпочтешь гарантированно сохранить жизнь?

— У тебя же есть вторая искра! Дай мне ее и можешь рассчитывать на мои зубы, когти и стихии! — Зашам с надеждой посмотрела на меня. Будь я в отчаянии, это бы мог быть хороший заход.

— Нет, — я покачал головой.

— Хотя бы посмотреть, — Зашам не теряла надежды.

— Нет, — я улыбнулся.

— Ну и ладно, — ящерица встряхнулась, смешно вздернув свой рептилий нос. — Тогда я останусь просто так! Но если я умру, так и не увидев искру, пусть это будет на твоей совести!

— Договорились, — я важно кивнул. — Если умрешь, я дам тебе на нее посмотреть.

Ящерица только махнула рукой, не желая больше со мной говорить. Да у меня и самого уже не было времени на болтовню. Те самые духи — или не духи, если учесть, что Майя могла говорить и не правду — приближались. Они должны быть очень сильны, и мне стоило хорошенько подготовиться к сражению. Обычно я предпочитаю ставить на какой-нибудь план, который сводит необходимость применения силы к минимуму, но иногда бывает как сейчас. Чтобы победить, нужно просто сражаться.

— Вставай! — я прижал руку к груди Охотника, в которой как раз затянулась рана, а потом разрядил в него за раз все свои алтари Жизни. Надеюсь, этого хватит.

— Больно, — мой бывший враг открыл глаза. — Кот?

— Кот, Кот, — ответил я, отмечая, что уж больно этот разговор начинает напоминать мою беседу с двойником из Грани.

— Я думал, что умер, — медленно сказал Охотник, который, кажется, решил, будто все уже кончилось. Словно бы Смерть с каких-то пор стала гарантией того, что ты сможешь отдохнуть. Что за глупости!