Короче, впрягаться в писанину было надо. Даже если первой реакций, при осознании сколько придётся писать пером и согласовывать эти, мать их, отчёты, на натуральных, мать их, совещаниях, у меня было завизжать внутри, как сучка. Причём, особого кромешного мрака и боли в ситуацию приносило, что всё нами написанное и отправленное на ту сторону Барьера необходимо, просто вот кровь из носу, изложить в определённом, строго выверенном ключе, без противоречий и внезапных откровений уровня «Ксардас стал некромантом». Ну, вы знаете этот неловкий момент, когда весь Круг Огня Миненталя этот факт в своей переписке с внешним миром старательно обходит стороной и умалчивает, но Бароны-то в курсе — они помнят, как Ксардас прямо в замке големов вызывал, чем и заставлял просраться благородных бандитов вплоть до скандала, после которого из Старого Лагеря ушёл. И паладины, что особенно неприятно, в теории уже могли узнать, если бы более активно общались с катаржанами. В том смысле, что я не мог дать гарантии, что они до сих пор не в теме, всё же они не дураки, и пусть показательно держат дистанцию, но ведь и дрючат тех же стражей сутки напролёт, а кто там из них что может знать и что сболтнуть…

Короче, со всеми нужными письмами мы к вечеру так и не успели, но взопреть и заработать мигрень умудрились дружно, да и то с наступлением темноты «совещания» не прекратились, просто переместились из часовни в дом Баронов:

— Мне нравится идея прямой торговли с Хоронисом, в обход договора по руде с королём, — с толикой вальяжности протянул Равен, работая трёхзубой вилкой и ножом над румяным стейком. — Однако я сильно сомневаюсь, что мы сможем получить таким образом хоть какие-то стоящие доспехи.

— Почему? — глотнув разбавленного вина уточнил я.

— Ещё когда я был уважаемым городским судьёй, — чуть усмехнулся Барон, под понимающие усмешки товарищей, — Робаром был выпущен указ, согласно которому из арсеналов тыловых городов изымались все латные доспехи на нужды действующей армии. И, боюсь, с тех пор положение на фронте не стало настолько лучше, чтобы этот указ отменили.

— Согласен, — вступил в разговор Шрам, прожевав кусок хлеба, — в некоторых местах у стражи даже стёганки и кольчуги вытряхивали, оставляя только дрянные кожанки по типу тех, в которых самые молодые стражники у нас ходят.

— К тому же, вряд ли там будут рады вооружать бандитов, пусть и за Барьером, — отметил Гомез, отрываясь от мясного рагу.

— Смотря, как это подать, — возразил я. — В конце концов, мы можем чуть сгустить краски об опасности Нового Лагеря, особенно после случившихся боёв с орками. Пусть мгновенных результатов с мгновенными поставками это не даст, но впечатлив губернатора количеством трофейной брони и оружия, можно будет добиться чтобы городские ремесленники какое-то время работали на нас.