— Хм… — миновав упавшую башню, ставшую Южными воротами Старого Лагеря, по пути поздоровавшись с сонным Шакалом, который как раз отпускал ночную смену стражи ворот в казармы, я добрался до рынка и там узрел не совсем обычную картину.
Где расположена хижина Идола Парвеза, я уже давно знал, так что шёл напрямик, но сейчас у той хижины царило нездоровое оживление, в том смысле, что, помимо самого Парвеза и Идола Тэрана (что жил у Северных ворот, но у коллеги встретить его было не чем-то удивительным), тут присутствовал ещё один сектант, ранее мне неизвестный, а с ними и какой-то зашуганного вида мужичок в одежде рудокопа «нижней полосы», в смысле бедного, как церковная мышь, у которого и на портки нормальные руды нет, а имеющаяся одежда настолько потрёпана, что держится единым массивом не иначе как на засохших поте и грязи. И эти четверо что-то напряжённо обсуждали. Вернее, как? Рудокоп помалкивал и смотрел на сектантов с надеждой, а вот Тэран и Парвез вовсю наседали на нового культиста, что, напротив, недовольно отбивался от их аргументов.
— Привет, Фандер, — так и не дойдя до вербовщиков Братства Спящего, подхожу к знакомому стражнику, — что там у них происходит? — киваю на хижину идола.
— Здарова, — отозвался человек Шакала. — А эти, — на идолов был брошен брезгливый взгляд, — пытаются Кагана на руду растрясти.
— Каган — это новенький?
— Угу. Он в Новом Лагере работает, курево им сбывает, а сейчас вот с наторгованным к своим возвращается.
— Один? — слегка удивился я. Всё-таки идти с выручкой из самого бандитского и беззаконного Лагеря Колонии — это рисковое дело, тут и при полных латах могут «случайности» организоваться, чего уж говорить про тряпочное платье культистов? К тому же и вооружён Каган был всего лишь топориком, причём явно не шибко новым.
— В этот раз, — кивнул Фандер. — Обычно он всегда с напарником каким, тут ты прав, но что с тем сейчас случилось, того не знаю. Но вроде без воровских стрел в спине, а то бы он таким спокойным не был, когда пришёл.
— Ясно… А что они с него руду здесь трясут, когда он её в Лагерь несёт?
— Да вон, — кивок на всю группу, — Дасти сдриснуть к ним хочет, а он нам две с половиной сотни кусков уже задолжал, ещё и, дурень, вместо того, чтобы в шахту с группой уйти и по дороге смыться, трепаться начал, что к сектантам уйдёт. Так бы на него плевать, всё равно толку от него в шахте никакого нет — крестьянская душа, ничего, кроме грядок, не понимает, но после такого его никто за ворота не выпустит, пока долг не отдаст.
— Так ведь не отдаст же, — вновь оценил я рвань, в которую одет мужчина, заодно припоминая что-то похожее в сюжете игры, хотя про долг там речи не было, только про взятку на выходе из ворот.