— Благодарю за вашу доброту, господин, — между тем склонила голову Велая. — Может быть вы не поверите в это, но я не сделала ничего плохого — так просто сложились обстоятельства… — ничуть не соврала девушка, так и не подняв на меня взгляд.

История моего подарка оказалась довольно обыденной. Она действительно не была какой-нибудь воровкой или зарезавшей кого-то не того дворянкой, опальной революционеркой и так далее. Всё было значительно проще: Велая — дочь купца средней руки. Не финансовый магнат, ворочающий капиталами размером с ВВП пары-тройки провинций, но и не мелкий лавочник. И всё бы хорошо, но… как-то уважаемый родитель решил организовать морскую экспедицию и под это дело одолжился. Экспедиция провалилась — корабль просто не вернулся ни в указанный срок, ни позже. А долг нужно было возвращать. Из наследников у означенного купца оставалась только дочь — сына он взял с собой. Вот и получила девушка вместо приданого кучу долгов, расплатиться с которыми не могла, даже продав всё имеющееся имущество. Ну и «пошла по статье», как должница. Вообще, в обычной ситуации ей бы лично ничего не грозило, ну по крайней мере не грозил Барьер, ведь она — женщина и дочь должника, а не его жена. Да, забрали бы всё, что от отца осталось, и выгнали бы на улицу без гроша в кармане, что тоже не сахар, но и не продажа в рабство. Однако, на свою беду, Велая оказалась девушкой красивой и до сих пор невинной, а у королевского судьи то ли разнарядка была на тему того, что бароны давненько не получали «свежее мясо» (как охарактеризовал её один из охранников-мудаков по пути к месту обмена), то ли ещё что, но решили её оформлять по всей строгости, как лицо несущее за долги отца полную ответственность. Ну и отправили по этапу, в качестве товара на обмен. Пожалуй, если бы «порченная девка» не стала оскорблением рудным баронам, «приключения» Велаи в застенках могли стать ещё более неприятными — о куртуазности стражи Хориниса я знал из личного опыта. Ну а так — чистое стечение обстоятельств и банальная житейская трагедия.

Ну а после своего рассказа девушка осторожно поинтересовалась, что «почтенный маг» намеревается с ней делать. В замке баронов… у неё было очень странное положение. Гомез «забрал красивую девку себе», так что она стала чем-то вроде личной служанки и эти несколько месяцев занималась уборкой комнаты покровителя и доставкой ему еды. А вот касательно «физиологического потребления», как я и думал. Нет, барон честно пытался несколько раз: приказывал раздеться, ощупывал, но… лишь печально вздыхал и закуривал самокрутку болотника. При этом, разумеется, признаваться, что «уже не может» ему было никак нельзя — сразу потеряет в авторитете и даст пищу слухам уровня «главарь уже не тот» и «Гомез теряет хватку». С учётом контингента, крики с общей темой «Акелла промахнулся» могут закончиться очень плохо, так что «жадный хоббит-с» держал «свою прелесть» подальше от чужих глаз и не распространялся, чем он там с ней занимается. В случае чего всегда мог сказать, что «задумал игру» или «держит для особого случая». Действительно долго так тянуть было нельзя, но тут очень вовремя случился я и барон с чистой совестью спихнул девицу мне. Сама девушка, пусть и воспитывалась, как я понял по некоторым оговоркам, весьма «вольно и независимо», поскольку папаша рассматривал её не только, как выгодное вложение, что можно запродать коллегам (не забываем, что мы в средневековье, где очень мало какая женщина могла позволить себе такую штуку, как «свобода воли»… да и большинство мужчин, откровенно говоря, тоже), но и как возможную наследницу. Случай редкий, но всё-таки бывает. Помнится, в Хоринисе была Гильдия Воров, которой рулила женщина. Правда, на сколько та должна быть отбитой я представляю себе слабо, но всё же. Однако, вернёмся к Велае. Пусть она и воспитывалась относительно «сильной и независимой», читай, не была забитой крестьянкой/горожанкой, у которых стандартное «Kinder, Küche, Kirche» (эту вселенную сочинили немцы, так что…), но за несколько месяцев в бандитском вертепе она успела как следует «проникнуться» порядками, поскольку дурой не была и уши и глаза на голове имела. Так что и вопящего подвешиваемого Гилберта наблюдала, и «профилактические побои» проштрафихшися и попавших под «баронский суд» рудокопов застала. А это прочищает мозги и если там и был какой гонор, то к моменту нашей встречи он благополучно испарился. И да, она была рада стать даром для «Высшего Мага Огня», а не молодого и злого бандита-сектанта, что мог сотворить с ней… всякое. И в своей радости она была полностью правдива.