Посмотрев на неё, потом на нас, Ден брякнул:
— И ничего я не напрягся. Просто старался сдерживаться, чтоб в морду не дать! — И с ненавистью глянул на сидящего на камне Олега. — Че, берега совсем попутал? Повылазило у тебя, что я с девушкой?
Ден в сердцах сплюнул под ноги.
— Всё, отступаю. Понял, не дурак! — Светленький вскинул руки, как перед расстрелом, и наши новые знакомые, виляя загорелыми задами, ушли купаться.
— Наконец-то, — вздохнула Таня. — Хоть кому-то сегодня повезло с взаимностью.
Рассмеялись все, кроме Дена.
— Конечно вы это запомните? — проворчал он, ложась на спину и накрывая голову полотенцем.
— Запишу в семейную летопись, что папа пользовался успехом. Не только женским, — подколола его Марина.
— Хорошо отдыхаем! — протянула Таня, рассматривая бегущие по небу облака.
Осознав, что, если еще немного пожарюсь на солнце, то к вечеру обуглюсь, я, накинув, на плечи полотенце, пошла к морю, села на камень и, погрузив ноги в воду, стала наблюдать, как волны ворочают гальку.
Под плоским темным валуном что-то блеснуло. Сначала я решила, что это стекло. Дождавшись, пока схлынет волна, я спустилась в воду, села на корточки. Кольцо с бриллиантом, будь кольцом с бриллиантом — вот с таким! Ладно, с маленьким брюликом. Ладно, без брюлика, но — золотым! Никогда в жизни ничего не находила и не выигрывала в лотерею. Если среди десяти выигрышных билетов был пустой, он непременно доставался мне. Ну а в беспроигрышной лотерее мне всегда доставалась максимально бесполезная фигня типа копеечного крема для ног.
Снова блеснуло, и я накрыла рукой воображаемое кольцо. Аж сердце зачастило, ух! Сжав пальцы, я потянула находку и ощутила сопротивление, двумя пальцами аккуратно взяла довольно толстую золотую цепь, раскопала застрявшую между камней сломанную застежку и вытащила крупную цепь. Оценив примерный вес цепочки, я присвистнула. Сколько тут? Меньше ста граммов, но больше тридцати. Вот так улов! Не поверив своим глазам, я начала искать подвох, исследовать замок, где обычно ставят пробу.
На меня упала тень подошедшего Дена.
— Ты кому тут на коленях молишься? — спросил он.
— Золотому тельцу, — улыбнулась я, разжала кулак, показывая находку.
— Охренеть! — выдохнул он, спикировал ко мне. И вот нас уже двое на коленях. — Это ты где?
— Под камнем, вот тут, — я показала место, где лежала цепь.
— Ну, ты фартовая. Дай-ка.
Я положила цепь на его ладонь и проговорила:
— Они забрали у меня мою прелесть!
Ощущение было именно таким — словно он не цепь забирает, а удачу уводит, которая только-только начала мне улыбаться. Ден направился к своему покрывалу, меня ноги сами понесли за ним, будто я превратилась в Голлума.