На ногах женщины босоножки на толстой сплошной подошве, но они почему-то накрыты какими-то синими мешками, похожими на галоши. Женщина смотрит с до боли знакомым прищуром на красивых голубых глазах. И… В её глазах, определённо любовь! Неужели это её мать? Вернее… Здешняя мать…

Женщина, к большому удивлению Людмилы, появилась очень и очень странно! Сначала открыла дверь и просунула внутрь палаты голову, потом подмигнула Людмиле, и тут же запрыгнула внутрь. Потом исполнила какой-то танец, похожий на танец папуасов, бросила большую белую сумку с длинным ремнём, которая висела на плече, на пол и широко расставила руки, вытянув губы уточкой, словно для поцелуя.

— Милая, родная! Ты живая! Иди я тебя поцелую! — женщина, придуриваясь, мелкими шагами подбежала к Людмиле, в недоумении сидевшей на кровати, плюхнулась рядом, обняла её и стала целовать и тормошить. От женщины очень и очень вкусно пахло какой-то парфюмерией. Наверное, импортной!

— Всё хорошо… Но я немного не в себе… Пожалуйста, не надо меня мять, — смущённо пробормотала Люда, стараясь отдалиться от женщины, но это оказалось совершенно невозможно, и пришлось, скрепя душу, покориться. Если эта женщина действительно её мать, то она выглядела очень и очень модно и необычно. Но… Стоп! Её мать не может быть такой молодой! Если этой Арине лет 15–16, то матери определённо должно быть около тридцати пяти, ну ладно… Пусть около тридцати трёх. Но женщина выглядела совсем молодо. Наверное, хорошая косметика. А может, здесь научились омолаживать кожу? Или люди сами по себе выглядят молодо?

— Рассказывай, золото, как ты! — женщина наконец-то отпустила её. — Я спросила у врача, он сказал, скоро тебя выпишут. Ты совершенно здорова.

— Неплохо всё… — осторожно ответила Люда. — Я только память потеряла. Не помню даже вас.

— Память — дело наживное! У меня её тоже нет! — женщина небрежно махнула рукой и достала из кармана длинную пачку сигарет и начала вытаскивать одну.

— Тут, наверное, нельзя курить, — осторожно предупредила Люда.

— А… Точно! Пардон! — спохватилась женщина. — Я тебе покушать принесла из твоего любимого японского ресторана. У тебя холодильник тут есть?

— Вроде бы вот там, в углу стоит, — осторожно ответила Люда, гадая, что такое японский ресторан. Японский? Да ладно! Она наверное, шутит!

— А… Неважно. Что не съешь сейчас, выброси завтра, — махнула рукой женщина. — Ладно, дорогая, мне пора, а то пробки будут страшные, и я домой к ночи приеду. Кстати, вот твой крестик. Надень его, пожалуйста, при мне.

Женщина протянула Люде золотую цепочку с золотым крестом весьма приличного размера и веса. Но зачем его одевать??? Она же пионерка и не верит во всякие бабкины сказки! Однако пришлось опять подчиниться. Крест вызывал очень необычные ощущения, потому что за свои 14 лет она не носила ничего подобного! Была маленькая серебряная цепочка с кулончиком, которую дарила мама, и всё.