«Вот надо же было им эту фигню вставлять между номерами», — подумала Люда. — «Тут к прокату готовишься, и ещё над этим голову ломать».

Впрочем, выглядели фокусы довольно забавно и наверняка вызывали интерес у зрителей.

Свет на арене стал тёмно-красным. По кругу арены забегали мелкие белые огни. Под непрекращающийся аплодисменты, громкие крики и гул трибун Люда в своём летящем тёмно-сине-серебристом платье покатила к центру арены. Сделав там несколько крутых дуг, остановилась в летящей романтичной позе: правая нога согнута в колене и опирается на зубец, правая рука вытянута вперёд и вверх ладонью, как будто прикрывая фигуристку от чего-то, левая рука вытянута в сторону, пальцы на кисти красиво растопырены, лицо смотрит вверх. На Люде сконцентрировались с нескольких сторон белые прожектора, и она очутилась в ярком светлом кругу. Камеры с близкого расстояния показали одухотворённое лицо, романтический взгляд широко открытых глаз. Великолепное полупрозрачное платье из фиолетового шифона с серебристыми блёстками, фиолетовые перчатки с лунами. Неброский макияж. Тёмные волосы просто рассыпаны по плечам, контрастируя с бледной кожей лица и рук.

На арене воцарилась тишина.

Медленно заиграло Адажио Альбинони в исполнении «Иль Диво». Тонкий мужской тенор наполнил ледовую арену. Люда вышла из стартовой позы, плавно и красиво взмахнула руками, как крыльями, сделала пируэт на левой ноге, высоко подняв идеально выпрямленную правую ногу в красивом аттитюде, потом слегка присела на левой ноге, провела вокруг себя круг в циркуле, сделала несколько передних перебежек, пируэт и проехала широкий круг в красивейшем ина-бауэре. Зрители не смогли удержаться, сразу же зааплодировали, увидев такую красоту.

Сделав круг, Люда остановилась, сделала трагическое выражение лица, взмахнула руками и задними перебежками покатила к правому короткому борту.

«Темно», — с большим неудовольствием подумала Людмила. — «Как тут прыгать-то? Сейчас свалишься ещё!».

Освещение действительно было намного более тёмным, чем на том же самом Небельхорне: сейчас она ехала, смотрела на лёд и просто не видела его! Решила не рисковать, а прыгнуть самый простой прыжок. Почти в абсолютной темноте. Это был самый разумный вариант.

Исполнив несколько пируэтов, Люда сделала риттбергерную тройку и прыгнула тройной сальхов. Нечисто!

Прыжок получился с большим недокрутом, приземлением в степ-аут и касанием льда рукой. Конечно, это смазало весь трагизм музыки и номера. Однако ничего не поделать, надо катить дальше. После прыжка предполагался долгий выезд в красивую арабеску с руками в стороны. Однако сейчас этого уже сделать, понятное дело, было уже невозможно, поэтому Люда почти остановилась.