— На предстоящем соревновании прыжковый набор будет такой же, как в Америке? — спросила Люда.

— Сейчас ничего менять не будем, — покачал головой Брон. — Будем катать именно то, что вы катали в Америке. Всё, приступайте. Если почувствуете, что не получается, не выходит, устали, берёте десятиминутный тайм-аут и отдыхаете. Работайте.

Одна за другой, как в эстафете, Люда и Смелая стали разгоняться к правому короткому борту, там развернулись задними перебежками и покатили через весь каток к левому короткому борту, на ходу исполняя перекидные прыжки. Потом покатили к центру арены, петляя из стороны в сторону, словно обходя невидимые препятствия, одновременно исполняя фонарики, чтобы размять бёдра.

Со стороны, конечно, картина была впечатляющая: двое фигуристок на громадной скорости почти синхронно катят друг напротив друга. Однако, сделав один круг, Людмила и Сашка всё-таки разошлись. Почувствовали, что достаточно размялись, сейчас можно тренировать прыжки.

Люда исполняла всё так, как говорил Брон. Сначала прыгнула дупель, потом тулуп, сальхов, риттбергер, флип, лутц. В конце сделала несколько зрелищных пируэтов. Доехав до правового короткого борта, развернулась задними перебежками и быстро покатила к центру арены, где, увернувшись от Саши и Димы, ехавших в провозке, прыгнула тройной аксель. Несмотря на то, что заход на прыжок получился откровенно неважным, приземлилась успешно, что называется, по рабочему. Конечно, поборолась на выезде широко расставленными руками, но координацию сохранила и выехала в чистую.

Сделав несколько раз тройной аксель, уже более чисто, Люда подъехала к бортику и остановилась перевести дух на пару минут. Смелая в это время начала прыгать четверные тулупы. И надо сказать, только сейчас Люда обратила внимание, что Смелая прыгает их с разной степенью чистоты. В первую очередь ошибка Сашки была в том, что она невысоко поднималась над льдом, иногда не докручивала половину оборота и падала. Кажется, раньше за ней такого не наблюдалось. Возможно, сказывалась акклиматизация. Сама Люда себя чувствовала всё так же плохо. Однако, когда начала тренироваться, вроде бы, кровь разогналась по телу и состояние более-менее улучшилось.

Все квадотулупы Смелой, что называется, были на тоненького, и, естественно, Брону это не понравилось.

— Саша! Переведи дух! — крикнул тренер. — Мне кажется, ты устала.

Смелая согласно кивнула головой, подкатила к Людмиле и остановилась рядом с ней. Две подружки-соплюшки стояли и смотрели на свои плакаты, висевшие на балконе, как раз напротив них. Смотрели и понимали, что для того, чтобы остаться висеть здесь, нужно очень и очень много работать…