— Чё, от счастья онемели? Свободны, говорю! Валите, а то у меня уже на вашу телку встал. Давай — иди сюда, красивая. Жарить тебя буду! Жестко — тебе понравится! А если мне понравится — будешь моей лялькой.
— Ты такой брутальный! Прямо секс — идол! Просто самец моей мечты! Но только, опасаюсь — что ты вряд ли, как мужик, чего-то стоишь, маленький. Секунд пять поелозишь и всё. Ну, не дуй губки, малыш! Сбегай за угол — передерни по-быстрому. Сразу и полегчает. Замори своего червячка. А мы подождем. Это же совсем недолго, — и голосок у Ольги такой елейный — елейный.
Ну, сучка безбашенная! Синеглазая бестия! Борзянки обпоролась? Она, что думает: я и
Шептун — два бессмертных киборга? А если бы мы все же надеялись, как-то по-тихому ситуацию разрулить? После таких заявлений — подобное без шансов, однозначно! Хотя всё она правильно поняла. И до её выступления — без малейшего шанса было. Так что ладно: всё по делу. Пусть взъярится, мальчуган — проще достать его будет. Ну?
— Мочи их, пацаны! — радостно выпучив глаза за спины малолеток, дурниной заорал я за полмгновения до начала рывка уже подобравшегося длинного.
Купился — таки на детскую обманку, дурашка! Как и ожидалось. Все купились — котята небитые! Школота безмозглая! Инстинктивно испуганно дрогнули в резком синхронном движении — стремясь назад глянуть. Что там? Кто? Где, сколько? А вот и нету там ничего, козлята. Смертушка ваша — она здесь! Уже на лезвиях сверкает!
…Рву вперед! От души: широко и быстро лопаткой рублю по напрягшемуся горлу очень удачно на миг окаменевшему парнишке слева. Тут же засаживаю клинок мачете в живот долговязому вожаку. Мощно и резко, но не вкладываясь до конца, дабы не «провалиться» в атаке. И этого хватает с лихвой! Длинный пропорот почти насквозь — как стрекоза иглой энтомолога. Помогая клинку вырваться наружу — тычком колена отталкиваю замершее тело, еще даже не осознавшее свою смерть. Мачете вновь задорно вылетает на оперативный простор и кровавую жатву… Левый уже оседает — фиксирую это периферийным зрением. Хоп! Добавляю покойному лидеру рубящим по кисти, со всё ещё зажатым в ней топориком. Да, лопатка все же не секира! Однако надрубил основательно… Разворачиваю корпус вправо — к рыхлому и угрястому, в капюшоне. Нож в его пухлых руках впечатляет размерами, но не пугает нисколько — им ведь ещё уметь работать надо. В этом случае — размер не имеет значения, совершенно точно. Тебе бы бежать толстый, а ты тормозишь… Эффектный, с гыканьем, замах лопаткой над его головой, заодно отпугивающий пребывающего в нерешительном ступоре низкорослого, похожего на кролика юнца, впереди — слева… Подшагиваю вперед. И увесистая рубчатая подошва моего коркорана с противным хрустом врезается в колено жиробаса. Повелся — олененок плюшевый. Всё — ты мой! Вернее — ты труп! Отбегался — одноногий! Без сустава — ты мертв! Сверху — вниз теперь! Коротко настигаю оседающее тело тяжелым лезвием мачете. Ширкаю сверху по широкой шее… Раскормили предки урода, однако. Ну, а где же мой зайчик — попрыгайчик? Что ж ты не упрыгал, дятел? Время-то было. Вон у тех двоих шустриков — только пятки сверкают. Ну: «кто не спрятался — я не виноват»! Железку выронил, лапки к небу поднял. Рожа ужасом перекошена! Жить хочется, дурашка? «На пол упал, ссука! Замер, бл…дь!» — рычу так, что аж самому страшно… «Ольга — пригляди!» Прыгаю за спину противнику Шептуна и уже спокойно, не скупясь — рублю по лохматому белобрысому темечку. Промазал, мля — надо же! Вместо темени по затылку поднес! Ух резвый какой, блондинчик… Был! Готово! Всё? Похоже, что всё! Наши — все целы! Нормально отработали… Перекур… Уф-ффф!