— Нормально. Спасибо! Долгому все равно не налез бы. Полицейский райотдел раздел? — ехидно интересуюсь я.

— Не-е, чисто — сами подарили. В знак уважения. — он ухмыльнулся, — а ты-то свои на рынке покупал, естественно. Зато зацени — какие щиты нам за ночь замастырили, — он гордо оглядывает своё войско, — Не такие нарядные как у вас, конечно, но зато прочные, как… — так и не подобрав подходящее слово, Зимний машет рукой. — Спасибо за идею. И Долгому вашему — за консультацию. Ну чё, пошли, что ли?

— Пошли, чего уж там. Сейчас я тебя в групповой чат добавлю. Еще у кого из твоих связь имеется?

За сим и попылили. Неспешно, чтобы силенок зря заранее не тратить. Всей обьединенной дружиной — в шестнадцать суровых касок.

По дороге народ часто и жадно покуривал, болтал «ни о чём», перебрасывался немудреными мужскими остротами, да слегка преувеличенно громко гогоча, травил анекдоты и байки — усиленно стараясь не заморачиваться мыслями на предстоящем.

— Не передумал насчет: «два в два»? — уже на подходе к месту «стрелки», косится в мою сторону «настроившийся» — подобравшийся, посерьёзневший, опасный и жёсткий Зимний.

— Нет. Не передумал. Главное, чтобы у тебя все срослось и они повелись.

— Может сейчас уже скажешь, чего задумал-то? — обнаруживает наличие нервов союзник.

— Победить задумал. Быстро и убедительно. И без потерь.

— Ну и хрен с тобой, золотая рыбка, — бурчит Валера. — Так, братва, все — всё помнят? Вот и молодцы! Веселей, братишки! Сейчас мы этих шавок накажем — и в загул пацанский! Командиры проставляются!

— Гуляй босота — брат с севера приехал, — ворчу я, трудно и неблагозвучно сплевывая загустевшую тягучую слюну. Локатор отобразил 39 обьектов впереди… Ну о нем союзнику знать пока не обязательно, как и о многом другом. Рановато. Сначала надобно соответствующей степени доверия достигнуть.

…В самом центре просторной, неровно заасфальтированной и покрытой заплатами площади — нас уже поджидало вражеское воинство, стоящее кривой, но внушительной стенкой. Сближались почти в тишине: слышны были лишь только неровный топот наших ног и негромкие короткие и нервные обрывки фраз вполголоса с обеих сторон…

— Тридцать семь к шестнадцати, — еле слышно произнес Зимний почти не разжимая вытянутых в строгую линию губ.

— У меня тридцать девять вышло, — ответил я углом рта, — Давай Зимний — Всё сейчас на тебе, родной. Все наши шестнадцать душ.

Какой тут, нахрен, «бежать» — если задумка Зимнего не сработает⁉ Нет, можно конечно и попробовать — только от погони сложно оторваться будет. Это ведь самые азы и основы психологии массовой уличной драки: бо́льшая часть врагов ломанется именно за теми — кто побежит. Инстинктивно предпочитая преследовать сломленного, не оказывающего сопротивления противника и избегая лезть в опасную жестокую схватку с теми, кто упрется и встанет насмерть… Некуда нам бежать. Как и ожидалось, впрочем.