— Владимир Агафонович, вы точно не против? — спросила Стася.
Управляющая сидела на корточках и свежим маникюром чесала Тыркве пузо. Тырква явно кайфовала, а вот бомж-барон сейчас помрачнел лицом.
— А какие могут быть последствия? — спросил он.
— В плане магии никаких, — ответила Витальевна. — Это же не приворот, и не какой-нибудь там ритуал на привязку. Но может случиться так, что после нашего коннекта Тырква будет воспринимать меня, как хозяйку.
— То есть?
— То и есть, — Стася чуть задумалась. — Может тосковать без меня начать. Скучать. Не слушаться.
— Хм-м-м…
Агафоныч напрягся. Да, со стороны могло показаться, что тут и спорить не о чем. Вроде как ситуация смешная и несерьёзная. И вроде как поиски беглого Лингама сейчас куда важнее, ведь уползла не просто змея, а змея за сто с лихой тысяч рублей, но… я понимал. И не настаивал. Ведь для сенсея Тырква была не просто собакой, — это же его дочь, блин! Другой семьи у барона Ярышкина просто не было.
К тому же! Она ведь с ним не просто со щенячества. Судя по рассказам Агафоныча, свои пешие путешествия по Империи он начинал ещё с бабушкой Тырквы, то есть воспитал по дороге несколько поколений рассол-терьеров. Несмотря на то, что жил вне закона, умудрялся устраивать случки с породистыми кобелями, хранил чистоту крови и каждый раз жалел о том, что не может оставить себе весь помёт.
Так что да, сейчас настал тот момент, когда мне нужно было засунуть своё драгоценное мнение куда подальше. Как бомж-барон решит, так и будет. И пускай без собачьего нюха найти в ночном лесу змея будет невозможно, не беда. Ну просадил денег и просадил, бывает. Главное, что все живы и здоровы.
— О-хо-хоо-о-о, — протянул Агафоныч, а затем: — Пу-пу-пу-у-у, — и наконец: — Станислава Витальевна, один вопрос.
— Слушаю?
— Вы замужем?
— А… Э… А какое это имеет отношение к делу?
— Да так, просто, — махнул рукой Агафоныч. — Ладно! Я согласен! Начинайте!
И Стася начала. Никаких магических сполохов и прочих спецэффектов не случилось. Анималистка просто положила руку Тыркве на голову и начала пристально смотреть ей в глаза. Пёська заскулила. Но не от боли, а так… как будто у двери сидит и гулять просится.
— Всё, — сказала Стася не прошло и минуты.
Затем встала и махнула рукой. По всей видимости, проговаривать команды вслух ей теперь было не обязательно. Тырква послушно сорвалась с места, подбежала к пустой переноске и принялась нюхать.
— А змеи вообще пахнут? — решил уточнить Санюшка.
— Ещё как, — ответил я. — Особенно одноглазые.
— Есть! — перебила нас Витальевна.
Тырква разразилась лаем и рванула по следу, — в сторону леса, — а мы вслед за ней. Пускай сегодня было безоблачно, луна светила как не в себя, и чуть ли не со всех сторон небо подсвечивалось городским заревом, здесь, — среди деревьев, — один хрен было темно. Хоть глаз коли. Хорошо ещё, что бор именно сосновый; чистенький и просторный. В противном случае каждый нахлестал бы себе по роже ветками прямо с порога.