гору тряпья на сундуке и кровать с панцирной сеткой. Это было страшно. Непривычно.
Но это место, где Марк никогда бы не догадался её искать. Он был уверен, что Аня не
выживет без горячего душа и кофе из капсульной машины.
— Посмотрим, — прошептала она, кутаясь в пальто.
Она не заметила, как провалилась в тяжелый, лихорадочный сон прямо на кровати, не
раздеваясь. Ей снился Марк. Снилось, как она убегала от него. И, вскинувшись ото
сна, поняла… Она это сделала. Убежала.
Глава 3
ГЛАВА 3
Было зверски холодно. До ужаса.
Она с трудом поднялась с кровати, чувствуя, как затекло всё тело. Стянув с себя
дорогое, но совершенно бесполезное здесь кашемировое пальто, Аня залезла в сумку.
Достала теплый спортивный костюм на флисе. Покупка, которую Марк когда-то высмеял,
назвав одеждой для собачников. Сейчас этот костюм казался самой ценной вещью в мире.
Натянув его и сверху набросив старую куртку, висевшую на крючке у входа, Аня вышла
во двор.
Воздух снаружи был колючим и кристально чистым. Только холодно до жути. Казалось,
этот холод ее пропитал до костей.
Желудок болезненно свело, она не ела почти сутки. В городе она даже не подумала о
продуктах. Как-то не дошло… Слишком торопилась исчезнуть. А теперь оказалась в
плачевной ситуации.
Ну ничего. В деревне есть люди. Чуть позже пойдет по соседям, купит молока, яиц.
Выживет. Никто не говорил, что свобода будет легкой и комфортной. Не с ее финансами.
Взгляд упал на гору пней за сараем. Их нужно было как-то превратить в дрова, чтобы
накормить печь, которая сейчас казалась единственным спасением в этом холоде. Знать
бы еще как ее растапливать. В кино все намного легче кажется.
Аня подошла к пням, безуспешно попыталась сдвинуть хотя бы один. Тяжелая, сырая
древесина не поддавалась.
— Чтоб тебя, ну же... — прошептала она, хватаясь за край коры.
— Ты кто такая?! – прогремело за спиной.
Этот грозный бас заставил Аню подпрыгнуть на месте и резко обернуться.
Перед ней, прямо у поваленного забора, стоял мужчина. Он казался неестественно
огромным. Или не казался… Высокий, широкоплечий, в грубом вязаном свитере с
воротником, который обтягивал его мощный торс. В одной руке он небрежно держал
топор, и его лезвие хищно поблескивало на солнце.
Густая борода, проницательные глаза под густыми бровями, пронзительный взгляд, будто
он видит ее нутро. Перед ней стоял настоящий медведь. Явно хозяин этой глуши.
Аня замерла, невольно сделав шаг назад. После холеного, пропахшего дорогим парфюмом
Марка этот человек казался воплощением первобытной, необузданной силы. Зверь.
Настоящий зверь. Но лицо вроде не злое. Суровое немного. Хорошо, сильно суровое. Но