– Максим Юрьевич… – блею, как самая натуральная овца.
– Я её трахнуть собираюсь, она мне тут максимюрьевичает. – разочарованно качает головой и улыбается.
Просто констатация факта. Спасибо, что спросил, как говорится.
В груди теснилась мешанина из чувств — страх, горечь, напряжение, тревога, и лишь на самой кромке сознания прятался интерес хорошей девочки к плохому парню.
Слишком неожиданно и резко язык Максима Юрьевича врывается в мой распахнутый от удивления рот. Он буквально насилует меня им, не позволяя сомкнуть губы, до боли прикусывая, настойчиво сминая их. Требовательно, жадно, тщательно исследует, выводит круги языком по нёбу.
Хватает меня за шею сзади и удерживает так, что мне приходится отвечать на поцелуй, не имея возможности отстраниться или отвернуться.
Ледяное прикосновение мужских рук к моей горячей коже заставило миллионы мурашек пробежаться по телу.
– Отвечай мне. – требует, приказывает и снова жалит поцелуем.
Он лишь на долю секунды оторвался от моего рта и впился снова, издавая приглушённый рык, словно раненый зверь.
И я ответила. Ответила, как умела, точнее никак. Просто позволила ему беспрепятственно разгуливать своим требовательным языком по моему рту, перестала сопротивляться и смыкать зубы.
Наглый мажор забирается одной рукой мне под блузку, второй всё ещё крепко удерживая на месте, не давай пошевелиться.
Становится трудно дышать, хоть бы перерывы делал между поцелуями, чтобы я могла глотнуть немного воздуха.
Мучительно медленно холодные пальцы двигаются вверх, очерчивая рёбра и щекоча, круговыми движениями пробираются под бюстгальтер. Нежную кожу обдаёт жаром в месте недавних прикосновений, вызывая волну, отправляющую по телу жгучие импульсы постыдного удовольствия.
В ответ моё предательское тело против моей воли и разума испускает рваный выдох наглому парню прямо в рот, тот перехватывает его губами и смакует, самодовольно улыбаясь.
Обхватив грудь ладонью, нежно сминает, параллельно лаская пальцами от чего-то затвердевший сосок.
Чувствую странное ощущение внизу живота. Мне одновременно хочется, чтобы он продолжал, и в то же время остановился. Пока не решила, чего хочу сильнее, но выбора мне никто и не даёт.
Вот так просто берёт и лапает меня всю вдоль и поперёк, наплевав на личные границы и профессиональную субординацию. И останавливаться не собирается.
Чувствую прикосновение к бедру и пытаюсь вырваться ещё интенсивнее и яростнее, но не получается. Он не сдвигается ни на миллиметр, продолжая, совершенно ничего не стесняясь, путешествовать по моему телу, прокладывая всё новые и новые маршруты.