Решение пришло жёсткое и прагматичное: она больна. Отравилась. Кишечный грипп. Что угодно, лишь бы убраться отсюда.

Она вернулась в зал, стараясь не встречаться ни с кем глазами, и подошла к Серёге — он оказался тем самым менеджером, который звонил. Высокий, лысеющий, с лицом человека, который давно перестал ждать от жизни приятных сюрпризов.

— Серёг, я не могу сегодня, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал жалобно, а не властно. — Отравился. Всю ночь... ну, ты понял.

Серёга посмотрел на неё долгим взглядом, от которого Алисе захотелось провалиться сквозь грязный кафель.

— Марк, это второе твоё «отравление» за месяц. Ещё одно — и я тебя уволю. Мне плевать на твои песни и твои творческие порывы. Кофейня — это бизнес.

Он сплюнул это слово — «бизнес» — с презрением человека, который ненавидит свою работу, но гордится тем, что умеет её делать лучше других. Алиса могла бы прочитать ему лекцию о том, что такое настоящий бизнес. Могла бы рассказать про бюджеты в десятки миллионов и переговоры на уровне советов директоров. Но она была в теле парня, который вот-вот вылетит с работы за прогулы.

Поэтому она просто кивнула и вышла на улицу.

На скамейке возле кофейни она достала телефон Марка. Пароль, слава богу, был отключен — типичная беспечность творческого человека. Она нашла список контактов. «Мама», «Серёга», «Кирюха-звукарь», «Арендодатель-Серёга». Ни одного знакомого имени. Ни одной зацепки.

Алиса напряглась, стараясь вспомнить свой собственный номер. Сначала в памяти появилась её визитка, потом цифры на ней. Алиса набрала номер и стала ждать. Гудок. Ещё один.

А потом механический голос сообщил, что абонент не может взять трубку. Алиса чертыхнулась сквозь зубы — низко, утробно, совершенно по-мужски. Она представила, как её собственный телефон, оставшийся в элитной квартире с панорамным видом, разрывается от вибрации, а Марк — или кто сейчас в её теле — тупо смотрит на экран, пытаясь сообразить, как ответить на звонок с неизвестного номера.

Стоп. А если он ещё спит? Время — только начало девятого. Если этот парень работал в вечернюю смену и писал песни до утра, её тело сейчас, скорее всего, безмятежно дрыхнет, раскинувшись на ортопедическом матрасе. Мысль о том, что кто-то спит в её постели, вызвала приступ тошноты. Нет, нужно брать ситуацию под контроль.

Она набрала сообщение на разбитом экране — пальцы срывались, непривычно большие, задевая сразу по три клавиши:

«Марк, это Алиса. Мы вчера столкнулись у кофейни. Не паникуй, это взаимно. Перезвони мне на этот номер, как только проснёшься. Никому ничего не говори. Особенно моему ассистенту».