— Мистер Носорог! Пожалуйста, не убивайте меня! Мы должны поговорить, и я вам объясню происходящее. Конечно же я принесу вам все подобающие извинения, — раздался мужской голос, немного глумливый, видимо по привычке, но немного испуганный.

— А у вас есть объяснения кроме патологической жадности? — поинтересовался я, хотя уже решил до поры, до времени не трогать плохих парней.

— Жадность играет не первую скрипку в наших мотивах! — воскликнул глумливый, — Я бы предложил вам вернуться в гостиную, но вы совсем немножечко испортили железную дверь, так что нам всем придется воспользоваться запасным выходом, ведущем на лужайку. С другой стороны, вы наверняка не откажетесь от глотка свежего воздуха.

Мне понравилось его скрытое ехидство. Возможно, мы с ним поладим, если он, конечно, внятно объяснит свое безобразное поведение. Я прошел дальше через комнату в коридор и по довольно-таки крутой лестнице выбрался наружу.

Троица псевдоученых снимала скафандры, одеты они были в «похоронные черные костюмы», что пробудило у меня очередные смутные кино-воспоминания. Чуть поодаль мялись Филипп с дядюшкой. Я чувствовал, как им было страшно. Линды с ними не было. Ну я бы на месте семейки Ченингов боялся до судорог. Но я никогда не был на их месте.

Один из парней в костюмах направился ко мне, сияя голливудской улыбкой. Очевидно, ехидничал в микрофон именно он. На полпути он призывающе махнул рукой Ченингам. Исаак горестно вздохнул и тоже пошел в нашу сторону. Филипп продолжил испуганно топтаться на месте.

Оставшаяся парочка «ученых» меланхолично укладывала скафандры в чехлы. Глаза их были пусты, как у зомби.

— Господа, — робко проблеял Исаак, — почему бы нам не продолжить беседу в уютной столовой за ужином?

— Так ужин существует? — искренне удивился я. — Мне смутно верится, что в этом доме меня на самом деле собирались кормить.

— Вы не должны обижаться на бедных Ченингов, — встрял мужчина в костюме.

Я наконец толком рассмотрел его, светловолосый, голубоглазый, невысокий, но коренастый. И с неизменно усмешкой на тонких губах. Я сразу окрестил его «блондинчиком», но все же осведомился:

— У вас есть имя?

— Я не представился? — удивился блондинчик. — Меня зовут Курак, Джозеф Курак. А как к вам обращаться?

— А вы уже обратились. — улыбнулся я. — Мистер Носорог — прекрасное обращение.

— Мы это заслужили, — потупился Курак. — Но, надеюсь, мы еще познакомимся ближе к обоюдному удовольствию.

— Так вот, мистер Курак и вы, дядюшка Изя, я правильно сократил ваше имя?

— Так меня зовет Филипп, когда никто не слышит, — покорно кивнул Исаак.