— Голова моя садовая! — Луи хлопнул себя по лбу. — Мы изучили путевую карту конвоя. Наш город — Гейдельберг.

— Чем он интересен? — удивился я.

— В нем расположен институт с богатой историей. Также производится знаменитое полиграфическое оборудование. Больше особо и ничем. Просто старый заслуженный город, каких в Европе множество. Мы ищем следы «хладнокровного» ордена, но это вопрос не одного дня.

— Конвой задерживался в Риме? — спросил я.

— Да, они прибыли в Рим, даже останавливались там на три дня. Мы сейчас пытаемся выяснить, зачем.

— Держите меня в курсе. Я был бы рад познакомиться с этим прекрасными религиозными людьми.

— Вы про орден? Да, было бы замечательно. Но что же с отстойником, сеньор Манн?

— Эта проблема копилась годами, сеньор Витторио. Она подождет еще несколько дней. Я в состоянии очистить и сам могильник, и почву вокруг него, но мне действительно срочно нужно в Россию. То же касается и монастыря. Он останется безопасным минимум следующие полгода. У нас будет возможность обсудить, смогу ли я и захочу ли взять на себя его охрану.

— Надеюсь, что захотите! — воскликнул Луи. — Не смею более вас задерживать. Мне пишут, что такси прибудет через полчаса. Вы вполне успеете зарегистрироваться на двухчасовой рейс. Я скину подробности брони и информацию по отелю на ваш телефонный номер. Если у вас или сеньориты Манн возникнут любые вопросы или просьбы, обращайтесь к моему секретарю безо всякого стеснения.

Луи достал карточку адвокатского бюро и написал на ней имя.

— Эта милая дама с удовольствием вам поможет. Даже более того, она ждет звонка от Генри или Анны Манн и страшно расстроится, если ей не доведется оказать вам какую-нибудь услугу.

На этом мы распрощались с Луи. Мне не требовалось время на сборы, но я должен был оставить инструкции Алисе. Я составил для нее программу обучения, вбил в ее хорошенькую голову, насколько важно ее придерживаться, и отбыл в Рим. Дорога на удивление не доставила мне проблем. Отель оказался вполне уютным, а главное — располагался в двух шагах от академии.

На утро я отправился на встречу с образованнейшим сеньором Мануччи. На проходной не сразу поверили, что у меня может быть к нему дело, что странно, я создал себе вполне приличный костюм, и конечно же принял душ. Вряд ли академия изящных искусств жила по протоколу black tie *. Возможно, дело в моем незнании итальянского языка. Но все же я убедил строгого цербера позвонить Мануччи, и удивленный сторож пропустил меня в святую святых и даже на ломаном инглише объяснил, как мне добраться до желанного кабинета.