Потянувшись к кинжалу, который несмотря на возражения Павла всё-таки носил всегда с собой, я всмотрелся в незваного гостя, после чего выдохнул и убрал руку. Свет упал на лицо старушки из десятой палаты, которая страдала бессонницей. Из-за чего, кстати, нам с Романом не раз приходилось вылавливать её в самых странных местах довольно большого здания.

— Сынок, — она притронулась к плечу спящего Курьянова. Отчего он резко подскочил и обернулся, глядя в лицо ничуть не испугавшейся женщины. — Я тут заплутала немного. Это же не столовая?

— Ты… Нет, это не столовая! — прорычал он и опустился на стул, стряхивая фиолетовые искры с рук, развеивая тем самым готовое в любой момент сорваться заклятие. Я довольно выразительно хмыкнул и, поднявшись, подошёл к ней.

— Идёмте, Софья Вячеславовна, я отведу вас в палату, — мягко произнёс я, стараясь переключить все её внимания не себя. Она пристально буравила взглядом макушку испугавшегося парня, и только когда я прикоснулся к её руке, словно увидела меня и улыбнулась.

— Они все издеваются надо мной, — простонал Курьянов еле слышно.

— Крепись. Твоя храбрость, уверенность в себе и внешняя привлекательность просто тянет местных старушек позаигрывать с тобой, — шепнул я Глебу, получив в ответ злобный взгляд.

— Романа найди и сюда приведи. Запрём его до утра, пусть отоспится. А то мне кажется, он не отдыхал с того момента, как мы сюда приехали, — пробурчал Курьянов и открыл очередную папку.

Пока я вёл в палату весело щебечущую старушку, которая в кои-то веки нашла посреди ночи слушателя и собеседника, думал о том, что сказал Курьянов. Роман действительно выглядел неважно. Стал каким-то нервным, перестал участвовать в обсуждениях дальнейших планов, да и в принципе начал отдаляться, стараясь большую часть времени проводить в одиночестве. Это, не говоря о том, что парень заметно осунулся, кожа его стала какого-то странного цвета, а тёмные круги под глазами уже занимали половину лица. Однако первозданная энергия его была нетронута, да и никакого внешнего влияния мы с Павлом на нём не заметили, поэтому то, что творилось с оборотнем, оставалось загадкой, а сам он только отмахивался.

— Встретимся завтра? — в центре коридора возле поста дежурной медицинской сестры, я увидел Романа, которому мило улыбалась миловидная девушка в белом халате. Я не помнил её, но, судя по тому, как с ней уважительно поздоровалась пациентка, которую я честно довёл до её палаты, она в больнице работала не первый день.

Женщина бросила на меня слегка неприязненный взгляд и, развернувшись, ушла в направлении выхода, громко стуча каблуками по кафельной плитке.