Лебедев или то, что им притворялось, медленно выпрямился. Его движения были плавными и какими-то неестественными. Он словно не замечал сковывающих его цепей, скрип которых в стоявшей напряжённой тишине больно резал по ушам.

— Я уже начал сомневаться в том, что вы придёте, — произнёс он голосом моего наставника, только с какими-то металлическими нотками, создавая ощущение гулкого эха. Будто говорил не он один, а сразу несколько человек.

Печать в центре колонны вспыхнула подобно маленькому солнцу, и цепи, сковывающие тело Лебедева, рассыпались чёрным пеплом. Он повёл плечами, разминая их. Сделав шаг вперёд, он плавно опустился на небольшой выступ, глядя на нас сверху вниз. Зелёный свет в его глазах пульсировал в такт вспышкам печати демона, расположенной прямо над ним.

— Это не Лебедев, — скептически осмотрев мужчину, произнёс Сергей.

— Ты думаешь? — фыркнула Мила, и в её руках появились парные клинки.

— Я не могу посмотреть его кольца ранга и сердцевину души, — выдохнул я и тихо проговорил. — Его окружает какой-то непроницаемый щит, не позволяющий это сделать.

— Знаете, это так трогательно, — сложив на груди руки, усмехнулся Лебедев. Его слова эхом разнеслись вокруг, хотя, когда говорили мы, ничего подобного не было. — Вы всё-таки пришли спасать своего наставника. И даже быстрее, чем я планировал. К сожалению, я не успел подготовиться к встрече с вами как следует. Я не думал, что его жалкие попытки достучаться до вас обретут успех, но вы, люди, такие сентиментальные…

— Он одержим? — нахмурилась Мила, но свои клинки не опустила. Немного подумав, я тоже призвал свой трезубец, а в руке у меня появился кинжал Вечности, на который Павел заменил клинок Света, который я до этого всё ещё сжимал. Руны на его лезвии слабо горели, а сам клинок слегка нагрелся.

— Вряд ли, — покачал я головой. — Вспомните, как реагировал кинжал, когда рядом был Вапула.

— Нет, это не демон. Пока не демон, — проговорил Пронский. В его руках появилось его духовное оружие, которое я видел впервые: мерцающий, переливающийся золотом и серебром длинный посох. — Это всё ещё Дмитрий, но его разум затуманен тем, что исходит из колонны. Я это чувствую, хоть не могу увидеть. Но ясно лишь одно, пока он находится рядом с колонной, то неразрывно с ней связан.

— Вот ты мне совершенно не нужен и не интересен, — указал Лебедев рукой на Светлейшего князя, слегка поморщившись. Похоже, своим неуважением мы его слегка начали злить. — Ты можешь уйти и сохранить свою жизнь. До того момента, пока мы снова не пересечёмся на поле боя, и ты не умрёшь от моей руки…