— Уверен. — Кивнул я. — Всё-таки отец Фёдор — это не князь Мстиславский, и со смотрителем Храма настоятель вполне может договориться.

— Всё, что осталось. — Раздался недовольный голос Сергея, который опустил передо мной поднос. — По тарелке каши, пара кусков хлеба и чай. Почему нельзя готовиться нормальную еду с запасом? — продолжал сокрушаться он, пододвигая к себе тарелку.

— Потому что это нормальный завтрак, — хмыкнула Мила. — Тебе не кажется, что твоя жаба стала слишком наглой? — покосилась она на зверька, который материализовался на краю стола.

— Возможно. Но я ещё не понимаю, как ей управлять, и ещё, мне кажется, он становится сильнее меня. — Шёпотом ответил оборотень, так же как и девушка, покосившись на своего зверя-помощника. — Да нет, бред, конечно, но даже я его иногда побаиваюсь.

Иннокентий, издав какой-то странный звук, неожиданно подпрыгнул вверх и приземлился прямо передо мной, едва не задев своей уже немаленькой тушкой кружку с горячим напитком. Он смотрел мне пристально в глаза, отчего становилось как-то не по себе. Сергей, выругавшись сквозь зубы, попытался его взять на руки, но окружившее жабу синеватое свечение не дало оборотню даже прикоснуться к нему.

— Что ему от меня надо? — тихо поинтересовался я у хозяина демонического зверя, отодвигаясь от него подальше.

— Он никогда себя так не вёл, — почесал друг голову, пожимая плечами. — Иннокентий, ты ведёшь себя неподобающе.

— Похоже, твои слова его нисколько не задевают, — прокомментировала всё происходившее Мила. — Ему же явно что-то от Мишки надо, — рассмеялась девушка.

— Точно, — хлопнул себя ладонью по лбу Сергей. — Миш, отдай ему череп совы. Именно этот артефакт Кеша спёр из хранилища Стражей. И всё время, пока ты спал, очень нервничал, скорее всего, из-за того, что ты решил покуситься на его добычу. — Улыбнулся друг.

— Могли бы и сразу сказать, — покачал я головой. — Паша, отдай им мешок с их вещами. — Попросил я артефакт под пронзительным взглядом жабьих глазок. Не знаю, как насчёт силы, но какая-то холодная потусторонняя аура от Иннокентия исходила, отчего становилось с каждой секундой неуютнее.

— Разбазариваешь честно сворованное, — сокрушённо протянул Павел, и прямо на столе появился этот пресловутый мешок, вдвое меньше того, что мне отдавали на хранение. — Только не кричи. Я травы и ингредиенты для зелий сразу вытащил, чтобы не потерялись. Всё равно им хранить их негде. — Пояснил перстень. — Ну и парочку артефактов. Они им точно не пригодятся. Нужно быть обычным человеком, чтобы их активировать. А череп совы я сверху положил.