— А тянул почему? — спросил я. — Чтобы «средне» не стало «мало»?
Сайрус ответил, когда я уже перестал ждать.
— Чтобы я не ошибся.
Это я понял. Чутьё у него мерит разлом по всем нам, и по нему самому тоже. С новым слоем мерить пришлось бы другим Сайрусом, с которым он сам ещё не знаком. Гидра и на старом чутье вышла «средне» ценой моей ноги и колена Тики-тика, так что этот разлом он выбирал по старым меркам. Ну, почти, у меня ведь гигантизация появилась.
Больше он ничего не сказал. Выпил настой, впитал зерно, посидел с закрытыми глазами, потом встал. Секунду назад он был у костра, и вот уже стоял на гребне ближнего бархана. Песок там, откуда он ушёл, ещё осыпался. Я начал считать. На «раз-и» он снова был у костра. Обычно рывок возвращался к нему секунды за три с небольшим. Тут вышло вдвое быстрее. Накопил, значит. Что дала ловкость, я разглядел на третьем прыжке. Он залетал на гребень бархана, и песок даже не осыпался.
Рывок у меня стоял во всех трёх ветках, которые я рисовал после гидры, но пока только в планах. Завидно было, блин, до чёртиков. Сайрус теперь оверчардж с рывка не снимет, пока его не прижмёт так, что месяц копить заново будет не жалко. Хотя, что-то красивое в этом было. И скрытое свойство силы на рывок, и оверчардж косвенно на рывок… И всё это на слитый слой D+ ранга. Ошалеть.
Эльма смотрела на него через костёр, подперев щёку. За весь вечер они почти не разговаривали.
Лекс подсела ко мне с книжицей, когда костёр уже прогорел.
— Пять из пяти, — сказала она шёпотом и поставила на странице галочку.
— Он им никак особенно не пользовался, — сказал я. — Он его просто не трогал.
— Вот. Значит, считается и то, чего ты со слоем не делаешь. Ну и сам слой-то работал всегда, — Она постучала пером по странице. — Ты великаном только сидишь.
— Сижу и слушаю клетки.
— Мебель, — кивнула Лекс. — Я же говорила. Продолжай.
— В тот раз ты добавила, что мебель красивая.
— Теперь красоты не разглядеть за слоем песка… — засмеялась она.
Тики-тик доделал колено на четвёртый день. Он приладил нижнюю часть, которую всё это время держал в кольце, встал, перенёс на неё вес, присел, встал снова и тикнул так, что Корн оторвался от котла.
— Закончил?
Тики-тик тикнул ещё раз и протянул ему ладонь. Корн вытер руки о штаны, забрался к нему на плечо и устроился там, будто и не слезал.
— Так-то лучше, — сказал он сверху. — Я по песку ходить не нанимался.
В тот же день Лекс досчитала до шестидесяти одного.
— Или я сбилась, — сказала она и нахмурилась.
— Ты не сбиваешься.
— На одной секунде могу.
Я лежал на бархане, уже мелкий, и пытался понять, что сделал иначе. Вроде ничего… Отпустил, подлил, как вчера и позавчера. Только подливать начал чуть раньше, чем активировал слой, и, возможно, мою Ци забрало по пути, внутрь. А может Лекс реально сбилась.