— Да нет, я просто ещё не привыкла к новому статусу… ну, статус, конечно, старый, но всё по-новому… ну ты понял. Ты мне объясняй как надо, я понятливая! — серьёзно сказала Марта.

Негромко переговариваясь, мы дошли до блокпоста. Дежурные так и стояли возле бокового ограждения и, облокотясь на него, смотрели вниз. Когда мы были уже в нескольких метрах, бородатый мужик, стоявший ближе всего к нам, повернулся в нашу сторону и сказал:

— Железнодорожники, суки, опять человека поймали. Никакой управы на них нет! — и он смачно выругался.

— А чего же стрелять не стали тогда? — спросила Марта, — только один раз пальнули и всё?

— А смысл? — с досадой сказал мужик, — патроны дефицит, а с такого расстояния, толку ноль.

— А что за железнодорожники? — спросил я, — они раньше на железной дороге работали?

— Да шут их знает, где они работали… вряд ли, конечно. Железнодорожники, потому что живут вдоль железной дороги. Никогда про них не слышал? — удивился мужик.

— Нет, не слышал и не видел, — сказал я, — хотя железки часто по дороге встречаются.

— Не местные, что ли? — спросил мужик, но без всякого негатива и подозрительности, просто поинтересовался.

— Смотря кого считать местным, — сказал я, — если про город говорить, то местные, если про район, то нет.

— Да город уже не котируется. Мы понятия не имеем, что в других частях Москвы происходит. Живём тут, своим маленьким мирком. Вон, например, мы думали, что железнодорожники везде водятся. По всем железным дорогам. А, оказывается, только у нас! Повезло, выходит! — и он разочарованно вздохнул.

— Я не говорил, что только у вас, — поправил я его, — просто мне раньше не попадались, может и есть где ещё. А мы хотели сначала низом пойти, — добавил я.

— Низом плохо, — покачал со знанием дела головой мужик, — железнодорожники не дремлют, и считают пути своей территорией. Очень нетерпимо относятся к тем, кто к ним забредает… сжирают сразу.

Мы с Мартой переглянулись.

— А почему их не перебили до сих пор? — наивно спросила Марта.

— Пытались! — сказал мужик, — да без толку. Они как чувствуют, что на них охота началась. И, как назло, в этом месте, всё забито составами. Им есть где прятаться. Но даже если охота удачная, и мы думаем, что всех перебили, то через неделю откуда-то приходят новые и всё начинается сначала. Не меньше десяти раз их истребляли, толку ноль! В последнее время плюнули. Странные дела творятся, странные!

— Это ещё не странные, — вздохнул я, — после магопокалипсиса, в некоторых районах такая жесть творится, что это всё детский сад. Но из самых опасных мест люди, естественно, уходят. А у вас тут вроде спокойно, и город выглядит почти как раньше.