Наша небольшая колонна медленно подходила к мосту. Сейчас мой триста шестой шел в авангарде. Раньше мне, почему то все время доставалась роль замыкающего, но сегодня наверное звезды на небе лели по-другому. Взрыкнув движком, Федя остановил бронетранспортер.

— Воин, почему это мы встали? — раздался в наушнике у водителя мой насмешливый голос. — Неужели топливо кончилось? В самый неподходящий момент?

— Мост.

— И что боец? — По привычке я начал ориентироваться по карте. Стронно, на карте его нет. На вид крепкий… — Давай, Федя, пошел! Мост же не резиновый! Настоящий! — подпустил я немного смеха в свой голос.

— Нет командир. Я не хочу, чтоб этот железный гроб стал моим навечно! — В голосе узбека акцент звучал намного сильнее обычного.

— Отставить разговорчики. — Обрывая я его. — Начал движение. А то колонну тормозим!

Но БТР даже не тронулся с места.

— Можете меня под трибунал отправить. Но чуйка мне подсказывает: тут что-то явно нечисто.

— Да, бля, сколько можно! — Взорвался в рации голос Динкевича, который со своей группой следовал за нами.

Пришлось объяснить.

— Понятно, давай тогда замыкающим вставай. — Принял решение Динкевич.

Его бронетранспортер, начал огибать нас по дуге. Мы, в свою очередь, освободили ему место ведущего. Рокировка состоялась, и колонна снова неторопливо начала движение к мосту…

Как только колеса его БТР зашли на деревянный настил, весь мост вильнул как плетка, рухнул в реку, которая его подхватила понесла как большой длинный плот вниз по течению.

В моей голове успела промелькнуть единственная мысль: «Херово денек начался…», которую опять прервал Динкевич: — Я сейчас с одним бойцом выйду глянуть что это было, а вы прикрываете.

— Принял.

Башни еще раньше были развернуты «елочкой», и теперь наводчики внимательно следили за обстановкой на том берегу. Десант обеих машин контролировал местность слева и справа от дороги.

Мне было отлично видно, как Динкевич и еще один солдат через боковые люки выскользнули наружу и пригибаясь начали продвигаться к разрушенному краю настила. От наблюдения меня отвлек голос наводчика: «На противоположном берегу кусты шевелятся!». Не успел он закончить свой доклад, как снаружи послышались звуки стрельбы, а внутри БТРа загрохотал ПКТ. Через несколько секунд к нему присоединился пулемет второй «семидесятки». Выпустив по ленте, я рассмотрел что на том берегу образовалась немалая такая полянка.

Наушник шлемофона, голосом Динкевич спросил: — Ты как?

— Норм. Что с мостом?

— Опоры подпилили черти!

— Ясно. Что дальше?

— Мне все равно туда. Так что я вплавь, а ты прикрой…