Качает головой. Никаких таких чисел она не может сказать.

Хм… Зайдем с другой стороны.

– А сколько тебе лет? – задаю вопрос, который уже задавал.

– Я уже говорила. Ты чо не помнишь? – как-то даже обижено реагирует малютка.

– Еще раз скажи, пожалуйста, – прошу ее.

Считай через себя переступаю. Жесть. Никогда никого не прошу. Сам всего добиваюсь.

Мелкая сжаливается.

Ага, капец, надо мной сжаливаются. Докатился ты, Глеб.

– Четыре, – Маша показывает четыре пальчика.

– Хорошо, – киваю как учитель, довольный учеником. – Сейчас я проверю, ты очень умненькая девочка или нет. А знаешь, сколько тебе будет лет?

С гордым видом малышка оттопыривает все пять пальцев.

– Молодец. А когда тебе исполнится пять, знаешь?

Маша фыркает, как будто спрашиваю несусветную глупость.

– Конечно знаю, – вальяжно отвечает она. – Пять мне будет весной.

Ага, весной. А это зна…

И тут меня чуток перекрикивает. Ну, такое, замыкание в голове, когда в ней проходят нехитрые подсчеты и сопоставление времени. При этом зарождается некое предчувствие, что все не так просто. Что все совсем не просто. Настолько, что хочется развернуть машину и рвануть обратно, в больничку. И устроить Алисе допрос.

Против воли задумчиво бормочу несвязно:

– Весной будет пять… Плюс, примерно, девять месяцев… Допустим… А мы с твоей мамой в последний раз…

– Ты правда дружил с мамой раньше? – задает девочка невинный вопрос.

– Правда, – задумчиво отвечаю.

Не знаю, что происходит в голове моих помощников… Иногда кажется, что там действительно идет беспрерывное цирковое представление, кривляются клоуны, прыгают обезьяны и бьют в барабаны, трубят хоботами слоны. Но сейчас у Игорька что-то там «складывается».

– А прикинь, босс, – раздается с переднего ряда его веселый голос, – она ваша?

И видя что я ничего не отвечаю, наверное думает – не понял о чем он, добавляет:

– Ну… это… ваша дочка?

Так вот беззаботно прикалываясь, он попадает прямо по начинающему болеть месту.

– Сейчас голову оторву, – скриплю зубами. – Будет у меня личный клоун без головы. Видел таких?

– Понял босс, – тушуется Игорек и пытается опуститься в кресле ниже, чем есть. – Молчу, босс.

Маша, похоже, не поняла о чем речь. Или не предала значения. Сидит и беззаботно пялиться в окно. Я же крепко задумываюсь…

Да, не-е-ет… Быть не может. Зачем ей от меня скрывать?

Твою же…

Есть такие пять стадий принятия. Начинаются с отрицания, переходят в гнев, потом торг. Все заканчивается принятием.

По-моему, все эти стадии у меня протекают в голове за раз. Одновременно. А потом, снова по кругу. И этот цикл не останавливается.