– Замолкни, пока не наговорила лишнего, – отрезаю я.
Ненавижу всех этих тупых выяснений отношений.
На той стороне образуется тишина, если не считать сердитое и обиженное громкое сопение в динамик.
– Малышке, которой покупаю платье – всего четыре года, – поясняю я.
После некоторого молчания, понимаю, что не готов дальше разговаривать и что-либо объяснять.
– Все, мне больше некогда. У меня сейчас еще и важные переговоры начнутся. Пока.
И перед тем, как нажать кнопку завершения вызова, Инна успевает поспешно выкрикнуть:
– Глеб, у тебя есть ребенок?
Последнее слово лишь угадываю, так как оно обрывается после завершения вызова.
Наконец, мы сваливаем из примерочной. Маша тоже устала.
Да, я обещал ей купить два платья, которые она выберет. Если бы решил сдержать словно, то не знаю, когда бы мы отсюда ушли. Просто малютка и не думала выходить за рамки дозволенного. Пыталась выбрать из невообразимого количество моделей, запавших ей в юную душу, два самых красивейших.
Потому я кинул в тележку семь.
Когда спросил продавца-консультанта насчет верхней одежды, та попросила нас никуда не уходить. Умчалась в нужный отдел пулей. Я, как понимаю, чтобы мелкая не успела добраться туда сама и начать выбирать.
А так, Ксюша принесла первый же светленький комплект с розовыми вставками, что Маше сразу понравился. По размеру тоже подошел. И уличные ботиночки так же.
Отлично.
Верхнюю одежду я не обещал. Но не водить же ребенка в грязном.
А сейчас я договорился о встрече с Глебом. Он оказался здесь. Но тут…
– Вот ты где!
Глеб
– Вот ты где!
Голос принадлежит запыхавшиеся женщине в фартуке.
А обращается она к…
– Какая милая собачка! – Маша вырывается из моей руки и бросается в новой чистой одежде на пол.
И обнимает непонятно откуда взявшуюся здесь собаку. То ли взрослую, только маленькую, то ли это еще щенок. Непонятно. Лохматое, вытянутое, почти как у таксы тело, на коротеньких лапках. Умные выразительные глаза животного быстро перепрыгивают с девочки на женщину и обратно.
Если на Машу смотрят с благодарностью и явным желанием поиграть, что сопровождается вилянием хвоста. То на женщину пялятся с опаской, а лапки при этом пытаются пятиться. Но обнимающая животное девочка не дает, тому дать деру.
Остроносая морда слишком уж выразительная, как и глаза. Все эмоции отчетливо читаются, будто за человеком следишь.
Грудь и брюхо этого нечто, напоминающего помесь собаки и лисы, – белые. Спина и бока – светло-рыжие.
– Это ваша собака? – утвердительно-обвиняющим тоном спрашивает женщина.
И указывает пальцем на животное.
Я тоже указываю на него и отвечаю возмущенно: