Снова становится обидно за мою дочку. А ей отец сделает домик на дереве? Она точно бы этого хотела.

Маша всхлипывает, уткнувшись мне в ноги, словно чувствует мои мысли.

– И дело не в том, что я обязан выполнить обещание, раз его дал, – продолжает Глеб. – Я очень хочу это обещание выполнить.

Игорь и Роман отводят взгляды. Они точно не привыкли, чтобы их босс просил, а не говорил, как будет или приказывал.

А я замираю, не зная что предпринять.

Вернее, знаю. Нужно просто взять и уйти. Так будет лучше. А то, как всегда, растаю. Поверю словам мужчины, а потом мне станет больно. И мне и Маше.

Нужно уйти. Но… Внутри все противится. Хочет остаться. Дать дочке возможность побыть с отцом. Самой пообщаться еще с Глебом. Дать ему шанс.

– Мамочка, – в очередной раз всхлипывает малышка. – Давай еще останемся. Я тут так хочу поиграть. Глеб будет себя хорошо вести. Обещаю.

Потом, моя крошка оборачивается к мужчине и спрашивает его со слезами на глазах:

– Правда?

Тот кивает в ответ, тихо соглашаясь:

– Правда.

И уже мне:

– Я не буду больше поднимать темы прошлого.

Когда он говорит ТАК, я знаю, что это обещание. И он его сдержит.

Сильный вздох непроизвольно вырывается наружу помимо моей воли.

Очень надеюсь, что это не будет большой ошибкой.

Алиса

Глеб не изменился, как мне почему-то показалось. Скорее, мастерски притворялся, что теперь для него важно чужое мнение и принятые другими решения…

Все совсем не так. Ему есть дело только до своей точки зрения.

Проснувшаяся надежда растаяла.

Вот и сейчас мужчина пытается надавить на меня. Угрожает, что сделает тест. Мол, никуда ты не денешься.

Я и так уже начала закипать, когда поняла, что Глеб все это время не верил мне. А играл со мной. Якобы проявлял заботу. На самом деле – расчетливо ждал, чтобы нанести неожиданный удар, от которого не увернуться.

Сейчас же… Завожусь бесповоротно.

– Что вы себе позволяете?! – строго, повысив тон, цежу слова.

Взгляд ни то, что не отвожу. Наоборот, смотрю прямо в глаза.

Еще злит неудача. Да, я точно не лучшая актриса. Но все равно бесит, что мужчина раскусил, не поверил. Сам Глеб сейчас бесит!

– Вы для чего нас сюда пригласили? – продолжаю, не сбавляя тона. – Чтобы в чем-то обвинять?!

Признаваться не собираюсь.

Из-за моего громкого, и не соответствующего радостной тут атмосфере голоса, остальные тут же обращают внимание на наш разговор. Маша, как и ребята, останавливает свои игры. Все смотрят на нас.

– ТАК вы хотели позаботиться о моем покое и отдыхе?!

Сердце бешено дергается. В висках стучит.

На душе горько из-за того, что успела обмануться. И обидно. И больше за Машу, чем за себя.