Обрывки каких-то мыслей, которые стайками воробьев разлетались, стоило чуть приблизиться к ним. Ни одну не получалось ухватить за хвост.

Где я?

Кто я?

С трудом нашел ответы.

Улей.

Люгер.

Впрочем, постепенно в голове прояснялось, сначала удалось взять под контроль веки, открыть глаза. Угол кровати и шкаф один в один, как у меня в номере. Мой номер… Последнее внятное воспоминание — выхожу из банного комплекса, собираясь в кафе прикупить еды и направиться к себе. А дальше — что-то ужалило в шею и темнота.

Постепенно появлялась и чувствительность тела. Сначала ощутил ноги, а потом, как теплая волна пронеслась. Руки были стянуты за спиной. Не холод металла, скорее всего пластиковые хомуты, какие я здесь видел неоднократно. Пока еще сохранялась чувствительность. Или затянули слабо, или прошло немного времени. Впрочем, если хорошо и с чувством подойти к этому вопросу, то и пяти, максимум десяти, минут хватит за глаза.

Включился слух.

Два голоса.

Говоривших, пока не видел, оба находились вне поля зрения.

— Чужак, зачем ждать-то⁈ Давай прямо сейчас отрежем ему башку, а потом все остальное. Скорее сделать, пока его никто не хватился, и валить с Форпоста… Поймают за таким… Лучше даже не думать, чем это грозит.

— Вилена сказала, заплатит только, если будем резать живому и в полной памяти. Сначала яйца и член, потом пальцы на руках и ногах, потом башку…

— И откуда у баб в голове это дерьмо берется? Нет, просто завалить, выеживаются!

— Пусть! Нам же лучше. За искусство всегда платят больше! Еще надо принести башку этого идиота и видео. Это обязательно. И сделать все сегодня. Типа у них у главной — Хельги именины завтра. Велена презент преподнести хочет. Закосячил этот тип говорят, не по-детски. Не справимся — не заплатит.

— Один черт, такие сложности. Эффект-то тот же. Пациент скорее мертв, чем жив.

— Завалить свежака — много мозгов не надо. Если бы было все просто — хрен бы за него кто жемчужину дал, так, пару горошин, максимум. А мне нужна жемчужина! Очень.

— Не только тебе! — второй голос хохотнул, да так мерзко.

— Эт точно, но мы сейчас все поправим! Пять сек…

Тишина, шуршание.

— Чужак, Чужак!… Ты, чего Чужак?…, — истерические нотки, а страх таки ощущался в этом голосе,— Не надо… Да не нужна мне жемчужина… Не надо! Ты чего? Да пошути…

Резкий, но глухой звук, будто кто-то шампанское открыл, оборвал другие, поглотил их. Проглотил.

И так раза три или четыре. Многозарядная бутылка. Ага, бутылка… Мозги еще на место не встали.

А затем смешок и довольный голос:

— Надо, Федя, так надо! Кто бы знал, как давно я мечтал это сделать⁈ Как же ты меня достал своей тупостью!